elena_2004 (elena_2004) wrote,
elena_2004
elena_2004

Categories:

Вниз по Пинеге.Сульца

Оригинал взят у vaga_land в Вниз по Пинеге-17. Сульца


Странно, но Михаил Мильчик в своей известной книге «По берегам Пинеги и Мезени» Сульцу вообще не упоминает. «После Выи только через шестьдесят километров следующая деревня – Кучкас. Это уже Пинежский район, охватывающий все среднее течение реки. Путешествие по нему мы начнем с одного из древнейших поселений на Пинеге – с Суры». То ли не был Мильчик в Сульце, то ли не нашел там ничего достойного внимания, потому что в 1918 году из-за детской шалости с огнем практически вся деревня была уничтожена пожаром, и осталось в ней всего несколько домов. А я мимо Сульцы проплыть никак не мог, потому что путь от Нюхчи был долгим, половину пути пришлось плыть против ветра, и к Сульце я подплыл вечером, сильно уставший, и надо было становиться на стоянку.




Сульца – большое село. По северным меркам даже очень большое. Стоит оно не на самом берегу Пинеги, за лугом, поэтому с берега видны только крыши домов первого порядка. А в село зайдешь – ого!
На лугу, между Пинегой и селом, в разных местах паслись лошади, всего их было девять. Еще там были два жеребенка.




Стал вспоминать, когда я последний раз видел жеребенка, и не смог вспомнить. Давно это было.




На лугу работали муж с женой, ворошили сено, тут же бегала их дочь лет семи. Скошено было на первый взгляд не очень много, но мужчина сказал, что у них не корова, а три козы, и того, что накошено, козам хватит на год, до следующего лета.




Речка Сульца, к которой село выходит верхним концом. Вода холоднющая! От речки до первых домов, стоящих на высокой гряде метров сто. Внизу помост для полоскания (на Пинегу женщины не любят ходить – неудобно, надо заходить в воду, и вода по сравнению с этой речкой не такая чистая). Для удобства на берег даже положена секция бетонной лестницы, привезенная, наверное, из Сосновки. Дорога в Сосновку, большой поселок, до которого километров пять, видна в левой части снимка. Речку машины и мотоциклы переезжают по броду (чуть ниже по течению от помоста для полоскания).




Неподалеку от лестницы – пешеходный мостик. Перебросили с берега на берег два еловых ствола, закрепили, чтобы не разъезжались, наколотили сверху помост – вуаля! Ступил я на этот мостик, да передумал, не пошел, больно уж ненадежной показалась конструкция.




От речки пошел по дороге вверх, к первым домам села.






Справа, на угоре, стоят баньки и амбары.




Когда проходил мимо второго дома, старушка, стоявшая в огороде приложила руку козырьком ко лбу, и силилась разглядеть меня. Я подошел к ограде, сказал:
- Вы меня не знаете, я первый раз здесь.
Потом разговорились.
Александра Александровна Порохина, родилась в 1936 году в Архангельске, в Маймаксе, в поселке одного из лесозаводов. Мать была родом из Шенкурского районы, отец из Пинежского, из Сульцы. В 1939 году уехали из Архангельска в Сульцу, стали жить в этом доме, где жили дед с бабушкой.
Как только исполнилось 16 лет, каждое лето стала работать на Пинеге, потому что колхозы должны были направлять людей в помощь леспромхозам. Во время молевого сплава ходила по берегу с багром, отталкивала зацепившиеся бревна, а те, которые успели «обсохнуть», стаскивала в воду. Участок для работы отводили напротив Сульцы и несколько километров ниже по течению.
Замуж вышла в Мамониху, леспромхозовский поселок в нескольких километрах от Сульцы, там и проработала все остальные годы. В Мамонихе живет и сейчас, у дочери, но в Сульцу приезжает каждой весной, и живет до поздней осени.
В конце разговора сказала, что девичья фамилия матери была Некрасова.
- И деревня так называлась. Раньше деревня в Шенкурском уезде была, потом в Вельский район передали.
Выходит, ее мать и мой дед родом из одной деревни?




Сульца – село не заброшенное, не полупустое, как Кучкас. Домов много, в семь порядков стоят, на зиму около сотни людей в селе остается, летом вдвое, а то и втрое больше приезжает. Но и закрытых домов, в которые давно никто не приезжает, тоже много.




Дом крепкий, красавец, а вместо огорода сплошной дерн.




И забор на землю лег.




Рядом с домом амбарчики стоят, еще крепенькие.




А черной баньке на угоре уже давно конец пришел.




Редко такие дома можно увидеть. Дом старый, сразу на достройку, видимо, денег не хватало, но обычно, в шестидесятые-семидесятые, когда люди в деревне стали лучше жить, такие дома достраивали, а этот до начала двадцать первого века простоял без изменений.




Всем хорош "дом образцового порядка", но и в нем долго никто не бывал.






Хорошо видно, что сначала жили только в одном углу дома, и только потом пристроили сруб, выходящий окнами на Пинегу. Только он и ниже оказался, и проем в стене остался.




Неподалеку другой дом стоит, с конями на фронтоне. Сидевший во дворе дома стоявшего напротив, пожилой мужчина с костылем рассказал, что хозяин дома был мастер на все руки. Долго приводил он в порядок родительский дом, и стал дом как картинка. Лучшей усадьбы во всем селе не было. Несколько лет назад хозяин умер, и в доме с тех пор никто не живет. Сын живет в Сульцах, но в доме жены, сюда приходит только для того, чтобы скосить выросшую во дворе траву. Дочь живет в другом селе. То ли про запас дом держат, то ли о продаже договориться не могут.
- А в доме ведь жить надо. Если в доме не жить, он быстро в упадок приходит, - закончил свой рассказ мужчина.




Дошел до нижнего конца села. Здесь и церковь, и клуб, и магазин с почтой, и волейбольная площадка, и игровая площадка для детей. Преображенскую церковь в селе построили в начале прошлого века, после того, как Иоанн Кронштадтский дал на ее строительства две тысячи рублей. В двадцатые годы в церкви сделали клуб, и находился он там до недавнего времени.




Рядом с церковью в начале прошлого века построили и дом для священника. Деньги для строительства дома, пятьсот рублей, тоже дал Иоанн Кронштадтский.




Районные власти долго отказывали в передаче здания бывшей церкви общине, объясняя, что другого здания для клуба нет. Два года назад в Сульце закрыли начальную школу, здание освободилось, и сейчас там и клуб, и библиотека, и фельдшерский пункт. В здании бывшей церкви с тех пор неспешно идет ремонт, потому что денег мало.




На песке, между церковью и клубом неприкаянно стоит старый памятник, даже без оградки.







Памятник жителям Сульцы, погибшим во время Великой Отечественной войны. Посчитал фамилии на плитах – ровно триста человек.




То ли от времени все поотваливалось, то ли кто-то похулиганил.




В центре села волейбольная площадка.




Вечером с луга в село потянулись коровы. Коров на такое большое село немного, всего девятнадцать. Далеко от села не угоняют, пасут на лугу, потом гонят к Пинеге, к воде, потом снова на луг, и по домам. Пасут по очереди. Кто-то на лошади, как эта женщина, а кто-то на «Жигулях». Через луг от села к Пинеге идут две дороги и несколько тропинок, так что проехать можно везде.




Лошади летом пасутся на лугу и днем, и ночью. Второй жеребенок, совсем молоденький, время от времени впадал в восторженное состояние, и начинал носиться по лугу, высоко подпрыгивая.
Tags: Архангельская область, Россия, путешествие, р.Пинега, фото
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments