May 4th, 2019

«А с войны я приплыл домой на лодке»: 98-летний полешук о жизни среди болот

Советско-польская граница проходила в 5 километрах от Оздамичей. О жизни в приграничье у Александра Михлюка есть два ярких воспоминания: закрытые шлагбаумы и беженцы.
- Когда в России в 30-е годы колхозы начали делать, проводить коллективизацию, у нас еще такого не было. И к нам сюда люди шли через границу. Кто к родственникам, кто так. Однажды из села по ту сторону бригада целая пришла, простые люди - человек 20 или больше. У нас был «постарунок» - пять человек полиции и комендант. Привели их польские пограничники туда, оформили - и назад их отправили. Как они плакали! «Ну, нам уже белого света не видать, все!» Чтобы прийти сюда, нужен был поручитель - кто-то должен расписаться, поручиться за меня, что я тут буду жить, работать. Нет поручителя - вали назад, а туда попал - все, прощай, родина.
Формально граница перестала существовать в 1939 году, но Александр Михлюк помнит, что она существовала вплоть до войны.
- Границу не открывали, пока война не началась. В 1939 году, 17 сентября, пришли к нам русские. Польских пограничников уже не было, а советские два года стояли. Шлагбаум был - и борони Боже туда соваться. Переехать в ту часть нельзя было - не пускали, а также с той стороны не пускали к нам. Родственники оказались по разные стороны границы, и все равно нельзя было к ним попасть. Как открылась война в 1941-м, тогда только убрали пограничников.
Семья Михлюков встречала советскую власть на своей земле без оваций. Отец Александра Ивановича был уважаемым человеком в деревне. Служил в польской армии, был кавалеристом, а когда вернулся, стал оздамичским старостой. В марте 1941-го за ним пришли.

Collapse )
https://www.kp.by/daily/26891/3934772/

"У меня было три жизни.."

https://sergey-v-fomin.livejournal.com/304479.html



Мемориальная доска на доме в Хабаровске (ул. Калинина, 76), в котором в 1957-1971 гг. жил В.Н. Иванов.

Превращения Всеволода Никаноровича (начало)

Белый был – красным стал:
Кровь обагрила.

Марина ЦВЕТАЕВА.


  Автором статьи, сканы которой были опубликованы нами в прошлом по́сте, был Всеволод Никанорович Иванов (1888–1971), журналист и писатель. Люди старшего поколения помнят еще его исторические романы и повести «Черные люди», «Иван Третий», «Ночь Царя Петра», «Императрица Фике», «Александр Пушкин и его время».Кем он был, однако, так сразу и не разберешь.
  Сам о себе он говорил: «У меня было три жизни. Первая – в дореволюционной России, вторая – за границей, третья – в Советском Союзе. И каждую я начинал с ничего – уходил в чём был, даже зубной щетки не прихватывал».
  Гораздо точнее выглядит его характеристика в аннотации к вышедшему в 2015 г. сборнику его мемуаров и публицистики: «“Белый” публицист, затем красный пропагандист, затем благополучный советский писатель».
  Попытаемся во всем разобраться, перелистав страницы его биографии. Над большей частью не задержимся; над другими, наоборот, задумаемся.Родился Всеволод Никанорович в Волковыске Гродненской губернии в семье учителя-москвича. В 1906 г. окончил Костромскую гимназию, а в 1911-м историко-философский факультет С.-Петербургского университета.

Collapse )



Русский Ванюшка сдавайся Американское командование дарит тебе жизнь, водка, хлебушко, и гармошка!

https://patriot-af.livejournal.com/89944.htmЧитать дальше...l?utm_source=vksharing&utm_medium=social

Collapse )
Опубликованная листовка имеет некое отношение к теме https://patriot-af.livejournal.com/70503.html
Вот такими листовками американцы забрасывали русских солдат в Бресте и крепости Лорьян.

Collapse )

Майор Бочаров. Как судьба сложилась.

https://patriot-af.livejournal.com/70503.html
Вот все что удалось найти про майора Бочарова. Пытался достать его учетную карточку, чтоб получить фотографию – безрезультатно. Все подчищено. Так что фоток нет,а хотелось бы. Материалы частично взяты в ЖЖ Labas

Бочаров Алексей Матвеевич (1907-1988). Русский. По гражданской специальности инженер. Командир запаса. Призван в РККА в звании военинженера III ранга. Майор (на 1942). В феврале 1942-го оказался в окружении юго-восточнее Вязьмы. Взят в плен при попытке прорыва из окружения. Выразив желание бороться против советской власти, в конце апреля - начале мая вступил в РННА.С 1 сентября начальник отдела разведки и контрразведки РННА, зам. начальника организационно-пропагандного отдела генерал-лейтенанта Жиленкова. С осени 1943-го служил во Франции. 13 мая 1945-го арестован британскими спецслужбами в Лиенце (Австрия). Отправлен в лагерь в Римини (Италия). Бежал оттуда в январе 1946-го. Скрывался в Риме при помощи Католической Церкви. В 1948 выехал в Аргентину. Работал инженером, жил в Буэнос-Айресе. Председатель Совета отдела СБОНР в Аргентине (на 1961 и 1967). Умер в Буэнос-Айресе
В приказе об исключении из списков от 26.08.42 (ОБД Мемориал) воинское звание дается как "военинженер III ранга"


Collapse )
Порт-крепость сдался американским войскам 10 мая 1945 года, через два дня после победы в Европе. В 1944 году за оборону Лориана был учрежден нарукавный щит. Сейчас - самый редкий нарукавный щит третьего рейха.

Три жизни переводчика Садовского

https://web.archive.org/web/20130122013729/http://russlife.ru/allworld/read/tri-zhizni-perevodchika-sadovskogo/
Евгений
Иоганнес Р. Бехер, поэт-экспрессионист, коминтерновец и автор государственного гимна ГДР, после войны в нескольких статьях вспоминал историю про молодого советского переводчика, поставившего себе «задачей жизни» перевести на русский язык произведения Фридриха Гельдерлина. Когда этого переводчика в 1941-м призвали в армию, он взял с собой томик Гельдерлина, чтобы работать над текстами в «коротких перерывах между боями». Увы, переводчик попал в плен и — концовку Бехер варьировал — то ли умер от последствий тяжелого ранения, то ли был расстрелян за то, что отказался стать осведомителем. «Этот русский, — Бехер не жалел пафоса, — погиб за свою родину, но одновременно и за Германию Гельдерлина!»
Collapse )Впрочем, американский мистер Садовски уже не переводчик и вообще не литератор: в начале шестидесятых он поселился во Флориде и преподавал математику (физмат МГУ пригодился!) в университете Майами. В 1964-м стал членом Американского математического общества. В соавторстве опубликовал несколько статей с суровыми названиями вроде «The kernel of the wreath product of semigroups». В конце шестидесятых переводил с русского на английский материалы для сборников «Soviet Mathematics» (ровно в то же самое время, когда в Москве печатался «Гиперион», а «Литературка» рассказывала про «стихи в рюкзаке»). Параллельно играл в шахматы на первенство Флориды. Умер в 1987-м.

Несостоявшийся министр национал-социалистической России

Дмитрий Петрович Кончаловский (1878-1952), сын литератора, переводчика и издателя Петра Петровича Кончаловского (Старшего), был младшим братом художника Петра Петровича Кончаловского (1876-1956) и медика Максима Петровича Кончаловского (1875-1942). (Заметим, что дочь Петра Петровича Кончаловского (Младшего) – писательница Наталья Петровна Кончаловская – была женой писателя Сергея Михалкова; таким образом, Дмитрий Петрович Кончаловский приходится двоюродным дедом режиссёрам Андрею Михалкову-Кончаловскому и Никите Михалкову.) Младший из братьев Кончаловских избрал для себя стезю историка и правоведа. Окончив историко-филологический факультет Московского университета, он преподавал там же историю и право древнего Рима. Участвовал добровольцем в войне 1914-1917 гг. В 1918-1922 гг. преподавал в Московском, Минском и Смоленском университетах, в 1924-1925 гг. работал техническим редактором в Госиздате, в 1929-1941 гг. преподавал немецкий и латинский языки в московских ВУЗах.
Летом 1941 г. Дмитрий Кончаловский вместе с женой и тремя дочерьми отправился на свою дачу под Можайском, где дождался прихода немцев и перешёл на их сторону. В своей автобиографии, написанной позднее для Оперштаба Розенберга, он сообщал: «Я испытывал приязнь к продвигающемуся вперед немецкому Вермахту, которую летом и осенью 41-го разделял со многими соотечественниками. После большевистских палачей и угнетателей немецкие солдаты казались мне рыцарями света, ведущими священный бой с исчадиями ада». При этом его сын, Иван Дмитриевич Кончаловский, остался на советской территории, был капитаном медслужбы в Красной армии и погиб в Литве летом 1944 г.
Collapse )
Я встречался потом с моими двоюродными тетками, дочерьми Дмитрия. Они были тоже чрезвычайно настроены антисоветски и горько и говорили о том, что Петр Петрович тоже лауреат Сталинской премии, вообще в семье Михалковых все советские и продались большевикам. Так они, собственно, в этом убеждении прожили всю свою жизнь до конца. Дмитрий написал замечательную книгу «Пути России», и я ее в штанах провез через границу в Советский Союз, когда я первый или второй раз приехал в Париж. Она потом на меня произвела неизгладимое впечатление и во многом сформировала мое представление о путях России."

Цена победы. Перебежчики

https://diletant.media/articles/45238553/?utm_referrer=https%3A%2F%2Fzen.yandex.com
Так же как Налепке доверяли другому немецкому солдату, Фрицу Шменкелю, который перешел к советским партизанам в 1941 году. Этнический немец, Шменкель проявил себя отличным разведчиком (помогли немецкий язык, форма) в ряде диверсий.Стоит отметить, что и Лисков, и Налепка, и Шменкель по меркам того времени — немолодые ребята, им по 30 лет (Шменкель 1916 г. рождения). Это не новобранцы, не молодежь, а семейные люди, которые совершенно сознательно перешли на советскую сторону.При этом немцы прекрасно знали, что среди партизан воюет настоящий немец, получали об этом сведения и вели за ним целенаправленную охоту. Шменкель сражался очень хорошо, за свои диверсионные и разведывательные вылазки был награжден орденом Красного Знамени. И все же в 1944 году немцам удалось его поймать. Из-за ошибки в документах. В результате военно-полевым судом он был приговорен к смертной казни и в феврале 1944 года расстрелян в Минске.
А ведь буквально за полгода до этого трагического события, в июне 1943 года, Фриц Шменкель был откомандирован в разведотдел Западного фронта, где прошел дополнительную подготовку, став заместителем командира диверсионно-разведывательной группы. То есть он был очень ценным человеком. И звание Героя получил посмертно.
Collapse )
В 1943 году, когда в его родную деревню опять пришла Красная армия, Меснянкин не стал скрывать, что он служил в полиции. Пришел, сдался. Его направили в штрафную роту. И опять он хорошо воевал, так сказать, искупал вину кровью. У него было три ранения, медаль «За отвагу». Далее последовала официальная реабилитация. Потом уже Днепр, очередной подвиг.
Тем не менее, в 1948 году он получил 10 лет исправительно-трудовых лагерей. Еще через несколько лет у него забрали Золотую звезду (хотя подвиг был). В соответствии с амнистией 1955 года судимость с Меснянкина сняли. Одним словом, ни Звезды, ни судимости — ничего. Прожил Меснянкин довольно долгую жизнь, умер в начале 1990-х годов. Многократно он посылал ходатайства в различные инстанции о восстановлении в звании Героя Советского Союза, однако все они были отклонены. Но, опять же, в 1985 году при награждении ветеранов Отечественной войны ему вручили орден Отечественной войны 2-й степени.