May 6th, 2021

О самарских булочных и эпидемии тифа начала ХХ века.



В 1906 году в Поволжье пришел голод, а вместе с ним его извечные спутники: холера и тиф. В условиях революции Столыпин запретил действие общественных гуманитарных организаций в пострадавших губерниях, охваченных беспорядками (Самарская губерния - чуть ли не лидер по аграрным беспорядкам 1905-07). Своими силами, вместе с земскими врачами, распространение холеры почти стабилизировали к лету 1907 года. Плюсом угомонили крестьян и те за бесценок начали продавать новый урожай перекупщикам. Но от тифа народ продолжал помирать пачками. Долго пытались выявлять очаги и гасить их, пока городской профсоюз булочников прямо не указал главный источник.

"Правление профессионального общества рабочих булочных, кондитерских, калачных и крендельных предприятий города Самары" опубликовало 31 июля 1907 г. открытое письмо к губернской и городской санитарно-исполнительной комиссии. В нем обращалось внимание на "невозможное в санитарном отношении состояние почти всех булочных города". Прежде всего это касалось того, что "в большинстве из них совсем нет спальных помещений для рабочих и последние спят в мастерской, там же где работают. В тех же мастерских, где спальные помещения имеются, они тесны и грязны. Рабочие спят вповалку на куче тряпья или на голом полу. Грязь и вонь повсюду невыносимые".
Комиссия выяснила, что даже в период эпидемии тифа в некоторых булочных ничего не менялось, и коммерческая составляющая оставалась доминирующей: "В спальном помещении одновременно по несколько человек валялись в тифу, а булочная продолжала работать и ежедневно выпускала десятки пудов хлеба…". Элементарные санитарные нормы и правила гигиены отсутствовали напрочь: "... умывальников ни в одной булочной нет, мыла нигде не выдают. Руки – и до работы, и во время работы и после работы – все рабочие моют в ведре, в котором вода меняется редко. Вытирают руки в большинстве булочных мешками, в которых привозят муку".

Практика санитарного дела // Вестник общественной гигиены, судебной и практической медицины. 1908. Янв. С. 143–158.
На фото нормальная, обыкновенная Самара начала ХХ века, а не открыточно-парадная Дворянская улица.

Опубликован список экс-силовиков, которых Лукашенко лишил званий

6 мая на Национальном правовом интернет-портале опубликован список экс-силовиков, которых Александр Лукашенко лишил воинских и специальных званий. Соответствующий указ подписан 4 мая. В списке 87 фамилий.
Станислав Лупоносов был в звании подполковника милиции запаса. В конце марта этого года ГУБОПиК рассказал о «кроте». В МВД заявили, что разоблачили Лупоносова. В отношении него возбуждено уголовное дело, его обвиняют в покушении на акт терроризма, совершенный организованной группой (ч. 1 ст. 14 и ч. 3 ст. 289 УК РБ).
В списке много фамилий тех экс-силовиков, которых государство назвало причастными к террористической деятельности, например, Андрей Остапович, Игорь Лобан, Игорь Макар и другие. Подробнее о них рассказывали тут.
Среди лишенных званий — бывшие полковник и подполковники в отставке Владимир Бородач, Сергей Анисько и Валерий Костко. Бывший командир бригады спецназа в Марьиной Горке Владимир Бородач и работник КГБ Валерий Костко входили в общественную комиссию по расследованию исчезновения экс-министр внутренних дел Юрий Захаренко. Сергей Анисько является бывшим сотрудником контрразведки.
Читать полностью: https://news.tut.by/society/729454.html?c

Маршал Рокоссовский родился не в Варшаве, а в белорусских Телеханах

В Национальном историческом архиве Беларуси (НИАБ) отыскали запись о рождении маршала Советского Союза и маршала Польши Константина Рокоссовского.Запись была найдена уроженцем деревни Сомино Ивацевичского района Брестской области Владимиром Михайловичем Абрамчуком во время его работы в читальном зале НИАБ при исследовании собственной родословной.Согласно обнаруженным документам, Константин Константинович (Ксаверьевич) Рокоссовский родился на белорусской земле — в местечке Телеханы Пинского уезда Минской губернии (ныне городской поселок Ивацевичского района Брестской области).
Сам маршал в разное время указывал разные места и даже даты своего рождения. Согласно одними сведениям, он родился 9 (21) декабря 1894 г., согласно другим — 9 (21) декабря 1896 г. Местом рождения называл то Варшаву, то Великие Луки Псковской области. Поскольку биографам никак не удавалось найти запись в метрических книгах, вопрос о точном месте и времени рождения оставался открытым.
Согласно обнаруженной записи, Константин, сын дворянина Ксаверия Викентьевича Рокоссовского, римско-католического вероисповедания, и его жены Антонины Ивановны, православного вероисповедания, родился 3 (15) сентября 1889 г., а 4 (16) 1889 г. и был крещен в Свято-Троицкой телеханской церкви.
https://nn.by/?c=ar&i=272537&lang=ru

Польский вклад в великую Россию

Этносоциолог Вильгельм Мюльман ввёл такое понятие, как этноцентрум. Этноцентрум – это осознание этносом самого себя в рамках пространства, где этот этнос обитает. Это форма этнического мышления, куда этносом включается всё, что его окружает: от рельефа местности (горы, реки, леса) до высокодифференцированных понятий (государственная идея, войны, союзы, экономические связи, культурные и дипломатические контакты). Каждый этноцентрум стремится к тому, чтобы сохраниться нетронутым. Этноцентрум боится понятийного раскола, раздвоения, т.к. раскол этноцентрума означал бы раскол этнического самосознания и видоизменения внутренней жизни народа. Отношения поляков и русских тоже возможно описать в этносоциологических понятиях. Польский этноцентрум подсознательно ощущает мощь этноцентрума русских, как более многочисленного имперского народа, к тому же, не католического.
Польский этноцентрум не настроен на миролюбивые отношения с русскими по той причине, что боится «впустить в себя» того, кто мощнее, энергичнее и многочисленнее. Как этноцентрум менее многочисленного народа, польский этноцентрум боится «утонуть» и раствориться в русском этноцентруме, боится быть им поглощённым или расколотым надвое, т.е. принять одновременно и католическую, и православную идентичность.
Collapse )

Поляки в Русской императорской армии в 1812 году

Российская административная и военная система издавна отличалась большей открытостью для иностранцев. Им охотно присваивали офицерские звания, и шансы продвижения по службе были для них довольно велики — в том числе и из-за отсутствия соответствующего количества профессиональных кадров, необходимых для командования огромной армией. В Петербурге также осознавали преимущества, какие дает не только вознаграждение преданных сторонников, но и вовлечение в сеть служебной зависимости представителей местных элит, в данном случае — польской шляхты.
Некоторые из них благодаря военной удаче или протекции продвинулись действительно высоко — в 1812 году среди 550 генералов Русской армии было восемь поляков. Всего в 1795–1815 годах, по оценкам исследователей, около 30 служащих в ней польских офицеров получили генеральские эполеты. По сравнению с австрийской и прусской армиями, где до генеральского звания дослужились лишь немногие поляки, разница просто разительна. Возможно, это связано и с более серьезными проблемами, вызванными языковым барьером, который им приходилось преодолевать.
Существенную роль для большинства поступающих на российскую службу, несомненно, играли экономические мотивы. Бывших солдат расформированной в 1794 году Польской армии и более молодых потомков семей мелкой шляхты, независимо от возраста, звания и опыта, объединял обычно низкий уровень образования и отсутствие поместных владений.
В подавляющем большинстве случаев имеющиеся в сохранившихся документах сведения об имущественном положении и образовании польских офицеров сопровождаются краткими примечаниями: «крестьян не имеет», «русской грамоте читать и писать умеет».
Collapse )