June 9th, 2021

Философия как рефлексия оснований опыта

https://banshur69.livejournal.com/494833.html
Философия это рефлексия оснований опыта. Опыта прежде всего культурного. Понятно, что немцы идут от Платона и Аристотеля по причине выводимости германской культуры из римской и далее из греческой. Как только немцы начинают рефлексировать свое чистое доантичное германство - тут-то вся бяка и вылезает. Но тогда понятно, почему самостоятельные русские мыслители не хотят быть ни кантианцами, ни гегельянцами. В русской культуре нет античного опыта. Она осмысляет не славянство в себе (там тоже бяка вылезает), а свое истинное основание - библейскую культуру в сиро-византийском изводе. У нее просто нет других культурных оснований. И отсюда софийность, соборность, всеединство, космизм и воскрешение отцов. Это не от излишнего эстетизма, не от нежелания припасть к "истинным" категориям вроде Абсолютного Духа или "вещи-в-себе". Если к ним припасть, то просто нельзя ничего через них помыслить в устройстве своей жизни. А философия так хитро устроена, что все ее категории на поверку оказываются мифологемами конкретной культуры. Немцу наша соборность без надобности - у него другая жизнь, другой исторический опыт. Оппозиция материализма и идеализма для исламского философа полная чушь, он не различает этих категорий как оппозиции. И для русского они чушь, их пытались навязать нам, но они без надобности. А немец в них видит что-то родное. Отсюда понятно, почему наши категории неприменимы там и наоборот. Почему у нас в мышлении бесконечные выходы к Библии и Христу. Нам нужно перестать стесняться нашего категориального набора. И впустить в философию основания нашей рефлексии вместе с основанием ее оснований - шумеро-аккадским богословием. Перестать притворяться немцами, склонившимися над античным трактатом. Ибо нет в нашей истории античного трактата, как нет и эпохи Возрождения. А есть ближневосточное культурное основание, на котором стоит здание позднегреческой Церкви. И есть немножко французско-немецких литературных шалостей на основе далекой античности.

«Гибель Запада» и другие мемы

К моменту распада империй, которым закончилась Первая мировая война, интеллектуалы и политики Турции, Ирана, Японии — точно так же, как и их российские современники, — на протяжении долгого времени учились у Запада и одновременно отталкивались от него.
Боль от утраты империи до сих пор переплетена с недовольством той нишей, которая отводится «периферийной» державе в системе международных отношений. «Только Турцию постоянно обвиняют во всех смертных грехах, — цитирует Зараколь разговоры своих друзей и знакомых, очень напоминающие российские. — Никто не понимает Турцию, никто не ценит Турцию, турецкое общество слишком сложно для того, чтобы в нем могли нормально функционировать западные политические институты».
Недовольство Западом, доходящее до прямого конфликта, — неизбежный политический разворот для большинства стран, прошедших через модернизацию по западному образцу. Протест там вызывает не столько «либеральный миропорядок» как таковой, сколько свое место в нем.

Collapse )

"Бесконечный источник бюджетных расходов России"

https://www.kommersant.ru/doc/4848065
Владимир Путин открестился от вопросов о деле Романа Протасевича. «Я знать его не знаю и знать не хочу. Пускай он делает, что хочет, борется с режимом Лукашенко», — так российский лидер отозвался о бывшем главном редакторе Telegram-канала Nexta в ходе выступления на Петербургском международном экономическом форуме. При этом в кулуарах эта тема стала одной из главных. Не осталось незамеченным совпадение: глава «Уралхима», уроженец Минска Дмитрий Мазепин неожиданно отменил свое участие в одной из сессий форума, где был анонсирован в качестве участника. Незадолго до этого Протасевич выступил на белорусском телевидении, признал вину и заявил о помощи от некоего российского олигарха с Урала. Обозреватель “Ъ FM” Михаил Гуревич увидел в интересе бизнеса к белорусской теме тревожный сигнал для Кремля.

Collapse )
Лукашенко может сколько угодно объяснять свои проблемы то ползучей агрессией, то конкуренцией со стороны соседей. Очевидно, что оплачивать всю эту череду заговоров и происков в конце концов придется Москве. А если так, то, наверное, бесконечному источнику бюджетных расходов не стоило бы затмевать собой радость встречи после пандемического перерыва и размеренное всестороннее обсуждение перспектив российской экономики на берегах летней Невы.