elena_2004 (elena_2004) wrote,
elena_2004
elena_2004

Categories:

Как русские наемники в Албании правительство свергали (ч.2)

Наступление

Еще утром 17 декабря албанский король приказал своим войскам перейти в наступление по всему фронту и взять Пешкопею. Общее наступление предполагалось начать открытием боевых действий на правом фланге в направлении на деревню Посети.
В 8 часов утра отряд, сосредоточенный у соседней деревни Кисиоте, начал наступление на Посети. Противник оказывал сильное сопротивление, используя для обороны каждую складку местности, но пулеметы Кучук Улагая и батарея Барбовича, бившая с открытой позиции из села Блато, вынудили противника очистить деревню Посети и весь прилегающий к ней район и почти в панике отойти в район деревни Исмилет.

Успех данной группы стал сигналом к переходу в общее наступление сил албанского короля по всему фронту. В районе деревни Корацика, используя резервы, противник пытался задержать наступление албанских монархистов и русских наемников, но, не выдержав меткого русского артиллерийского огня, начал быстрый отход.

В это время силы короля энергично наступали по всему фронту, занимая район за районом. Успеху содействовало то, что по мере продвижения вперед и занятия того или иного рубежа наступающие немедленно подавали друг другу световые сигналы зажженными кострами. Видя их, русская батарея переносила огонь на последующий рубеж, держа противника беспрерывно под своим метким огнем.

На «плечах» бегущего врага русские наемники ворвались в Пешкопею. В числе первых был неутомимый капитан 1-го класса Берестовский. Благодаря его действиям прямо в казармах был окружен целый батальон албанцев под командованием самого Али Резы, прибывший на помощь сторонникам Фаноли и не успевший еще вступить в бой. В полном составе он сдался русским наемникам. Бой затих, только небольшая часть бежавших за город сторонников Фаноли продолжала редким огнем пытаться противодействовать проникновению в Пешкопею сил албанского короля. Остальные сдались, причем среди них оказался командующий группировки Али Реза. К ночи в Пешкопее сдались последние сопротивлявшиеся сторонники «коммунистического попа». Среди них, кроме самого командующего, были 5 офицеров, 400 солдат регулярной пехоты, много добровольцев, сторонников самого Фаноли и коммунистов. Русские наемники и албанские сторонники короля захватили современное горное орудие со всем необходимым для ведения боя, 4 пулемета, 2 из которых были исправными скорострельными новыми французскими моделями, 3 миномета, 2 французских автомата, сотни винтовок и много боеприпасов. Правитель района Элег Юсуф был убит в Пешкопее во время уличных боев.

Сразу после занятия города русские наемники выломали ворота тюрьмы Пешкопеи и освободили томящихся там противников режима Фаноли. На главной городской площади они заметили 2 виселицы, готовые к «работе». Выяснилось, что на них сторонники Фаноли планировали вешать пленных. На одной виселице должны были висеть сторонники албанского монарха, а на другой — русские наемники. Но, видно, не знали сторонники Фаноли русской пословицы «поспешишь — людей насмешишь».

Когда Пешкопея была окончательно занята сторонниками короля, русские наемники заняли ее цитадель, согнав туда пленных, сложив отдельно трофеи и выставив там сторожевое охранение.

В своих воспоминаниях Сукачев не уделяет особого внимания захвату Пешкопеи и говорит об этом очень просто: «Наступая от деревни Блато, мы с боем вошли в город».

В то время, пока 17 декабря шло наступление на Пешкопею основных сил албанского короля, отряд майора-итальянца Гильярди, сосредоточенный в районе Зерание, утром также начал на нее поход. Действовал он без связи с главными силами, в трудной для наступления местности: она была лесистая и сильно пересеченная. В районе деревни Заград он вступил в бой с противником, сбив его с позиций. Поскольку местность способствовала тому, чтобы отряд Гильярди мог быть легко окружен со всеми вытекающими от этого последствиями, командир действовал очень осторожно.



Хотя этот отряд и не сыграл в штурме Пешкопеи решающей роли, все же он сковал значительные силы противника, в том числе и резервы, не дав им действовать в момент контратаки сторонников Фаноли. О самом Гильярди надо сказать особо. Эта личность могла бы стать образцом для авантюрных романов и соответствующих фильмов современности. Итальянец по происхождению, еще до Первой мировой войны он был офицером австро-венгерской армии. Его брат занимался политической деятельностью. Во время покушения на него погибла мать Гильярди. На суде убийца был оправдан под предлогом того, что «убийство было политическим». Гильярди тут же, на суде, застрелил убийцу матери. Теперь уже ему самому пришлось бежать из Австро-Венгрии в Албанию, где он поступил на военную службу и участвовал в 18 столкновениях с сербами. Это был далеко не весь его «послужной список», так как вся его жизнь с этого момента была накрепко связана с авантюрами…

Утром 18 декабря прибыл со свитой в Пешкопею сам албанский король. Он принял парад верных ему частей, во главе которого проследовал Русский отряд. От выстроенных для парада войск к нему подъехал командир Русского отряда майор Миклашевский с рапортом о разгроме мятежников. Албанский король объезжал выстроенные части под русское громовое «ура». Как оказалось, это было первое, но далеко не последнее торжество русских наемников на албанской земле. Жители города и прилегающих к нему районов стекались толпами на парад, чтобы поприветствовать своего короля и русских наемников, помогающих ему восстановить в стране законную власть. Между тем разгром сил Фаноли в Пешкопее вызвал брожение в албанской армии. Полковник албанской армии Цена-бей Криузиу подчинился королю, и 17-18 декабря 1924 г. его силы заняли города Лукуллу и Кукос и присоединились к монархистам и русским наемникам в Пешкопее.

Теперь предстояло захватить албанскую столицу. Наступление на Тирану началось еще 18 декабря ограниченными силами албанских монархистов, которым через двое суток пришли на помощь русские и итальянские наемники Миклашевского и Гильярди. За весь день 20 декабря 1924 г. русские наемники, совершив два перехода в направлении Тираны, не встретили никакого сопротивления. Они тут и там видели свежевырытые и брошенные противником окопы. Судя по всему, разгром под Пешкопеей деморализовал его, и он отходил к столице без боя. Этому способствовало и то, что самими албанцами был пущен слух, будто с албанским королем из Сербии идет многотысячная непобедимая русская армия, доказавшая это разгромом сторонников Фаноли под Пешкопеей.

Движению русских наемников сильно помогал своими советами и указаниями Гильярди. Он отлично знал албанскую местность и особенности албанцев, чем способствовал выполнению русскими возложенных на них задач.

Вон из «дурацкого» порта…

Беспрепятственное движение наемников в направлении Тираны продолжалось до деревни Дусисте. Однако на следующий день, 21 декабря, противник стал оказывать сопротивление. На подступах к селу Лис сторонники Фаноли неудачно пытались остановить русских наемников. За время этого боя русские только в плен взяли 150 солдат-пехотинцев и двух офицеров противника.

В этот же день, утром, русские наемники вброд переправились через реку Черный Дрин в деревню Секисте, где и заночевали, охраняя короля.

После этого нового, неудачного для сторонников Фаноли столкновения с монархистами боевой дух противников короля еще больше упал, и они оказывали сопротивление все слабее. Усиления сопротивления противников королевской власти ожидали на перевале Гафа — Мурисес.

За 22 декабря 1924 г. Русский отряд проделал путь от деревни Селисте до деревни Бургажеп, где и заночевал. Из-за сильно пересеченной местности этот поход был очень тяжелым, особенно для артиллеристов. На следующий день русские наемники заняли деревню Керудже и подошли к перевалу Гафа — Мурисес.

Албанская столица была совсем рядом. Но противники власти короля решили использовать этот естественный природный рубеж для обороны, плотно загородив проход сильными пехотными частями, усиленными пулеметами и артиллерией.

Силы короля атаковали перевал в лоб, завязался тяжелый бой. В это же время отряд из албанцев-монархистов, выросших в этой местности, влез по казавшимся с виду неприступными скалам, обошел противника справа и, выйдя ему во фланг, неожиданно атаковал. Противник, не ожидавший удара со стороны «неприступных» скал, бежал, оставив русским наемникам и сторонникам албанского короля множество пленных и орудия. И снова албанский монарх ночевал под защитой русских наемников в деревне Керуджа.

На следующий день русские наемники, без боя заняв последний населенный пункт на пути перед Тираной – Гурибар, также без боя вошли в албанскую столицу.

По воспоминаниям самих русских наемников, «дойдя до горы Дайти, возвышающейся над Тираной, мы увидели, как 4 парохода отплывали из «дурацкого» порта (то есть порта города Дураццо). Это епископ Фаноли, его приверженцы и советская миссия покидали Албанию...»

Быстрому бегству предшествовали недолгие сборы. По данным из Албании, «Фаноли и его сторонники, как полагается, вывезли все золото из казначейства, бежали в Италию, вскоре очутившись в Москве. Перед отъездом к Краковецкому в номер пришел хозяин отеля с просьбой оплатить счет. От страха товарищ Краковецкий никак не мог найти бумажник и открыл один из своих сундуков, откуда и достал деньги. Хозяин отеля обомлел, увидев, что сундук был полон купюрами по тысяче лир каждая». Фаноли, чтобы избежать краха, решил выслать советскую делегацию из страны при наступлении повстанцев, но не успел. После бегства Фаноли были найдены документы о крупной взятке для него из Москвы.

Новая страница истории

Теперь в истории Албании благодаря русским наемникам открылась новая страница. С бегством Фаноли и падением Тираны вся Албания оказалась под владычеством Ахмет-бея, которая радостно признала его власть.

Русский отряд, входивший 24 декабря 1924 г. в Тирану, был встречен на окраине столицы военным оркестром. Улицы города были разукрашены флагами, народ вышел встречать своего короля и радостно приветствовал русских наемников. Со всех сторон раздавалось «Рофт!» или «Ура!». Они прибыли к королевскому дворцу и выстроились на парад. Ахмет-бей не вышел приветствовать русских, которым он был обязан своей победой, сославшись на важные государственные дела. За него это сделал его главнокомандующий, полковник Цена-бей Криузиу, который от имени короля передал русским наемникам глубокую благодарность за их работу.

Свое дальнейшее пребывание в албанской армии Сукачев описывает так: «Довольно долго наш отряд ничем другим, кроме пожинания лавров победителей, не занимался. Расквартировали нас в большом доме, коридоры которого через несколько недель оказались настолько заставленными пустыми водочными бутылками, что пройти по ним было непростой задачей…»

Однако Русский отряд наемников в Албании сыграл здесь еще одну важную для этой страны роль. Оказалось, что Ахмет-бей, победив в междоусобной борьбе, на этом не успокоился. Он лихорадочно готовился к изменению статуса страны, решившись подготовить выборы в местный парламент — учредительное собрание. Под него решено было приспособить здание офицерского собрания. Вскоре Ахмет-бей выяснил, что отряд русских наемников после роспуска албанских добровольцев остался единственной организованной воинской силой, на которую албанский король мог безоговорочно опереться при проведении дальнейших мероприятий по модернизации страны. В выборный период албанский король приказал русским наемникам находиться перед офицерским собранием в боевой готовности на случай попытки его политических противников выступить в столице. В то самое время Ахмет-бей располагался в своей личной резиденции и ожидал решения парламента который, по предложению Ахмет-бея должен был рассмотреть возможность для Албании стать республикой, отменить регентство. При этом сам Ахмет-бей предполагал стать первым албанским президентом. Во время рассмотрения столь важных законопроектов, которые были призваны в корне изменить жизнь страны, русские наемники должны были охранять парламент и его действия от посягательств со стороны. С ними было оговорено, что они дождутся появления на балконе здания доверенного лица короля, которое подаст им условный сигнал о ходе рассмотрения внесенных предложений. При этом русским наемникам нужно было, если потребуется, вооруженной силой заставить парламентариев принять волю албанского монарха.



Предполагалось, что в случае принятия депутатами предложений Ахмет-бея его доверенное лицо махнет с балкона белым платком, а если нет — быстро выбежит из здания и через площадь прибудет к командиру русских наемников. При этом русские еще до начала рассмотрения законопроектов получили приказание направить все их оружие — от винтовок до пушек и пулеметов на здание парламента. Тем самым они должны были решительным образом повлиять на депутатов, чтобы конституция была принята по королевскому варианту.

В случае неблагоприятного развития событий русские наемники должны были дать залп по парламенту и заставить его изменить свое решение.

Впрочем, все прошло благополучно, и Ахмет-бей Зогу стал первым албанским президентом. Это изменение, коренным образом повернувшее албанскую историю, произошло под дулами оружия русских наемников, которые салютовали ему из всех стволов. Под аккомпанемент оружейного салюта новоявленный президент прибыл в парламент.

Однако такие действия русских наемников были с раздражением встречены белогвардейским командованием. Так генерал Врангель 17 января 1925 г. издал приказ: «По полученным мной сведениям в настоящее время нашим офицерам предлагают поступить в жандармерию, формируемую в Албании. Имея в виду, что 1) Албания является пограничной с государством, давшим нам приют; 2) что в Албании не прекращаются внутренние волнения, вплоть до гражданской войны, в которой сталкиваются интересы нескольких держав, категорически воспрещаю господам офицерам и вообще всем чинам, входящим в состав армии или военных организаций, принимать подобного рода предложения. В случае нарушения какого-либо из этих запрещений приказываю немедленно представлять мне об увольнении виновного от службы в дисциплинарном порядке».

Объяснял причины этого Врангель так: «Вновь подтверждаю, что участие русских как в борьбе государств между собой на той или на другой стороне, так и в гражданской борьбе в какой-либо стране совершенно недопустимо, ибо оно неизбежно отразится на русской эмиграции и осложнит и без того тяжелое положение ее, а, кроме того, может привести и к пролитию русской крови русскими же, притом за совершенно чуждые интересы». Через несколько лет король Италии Виктор Эммануил III провозгласил Ахмет-бея королем Албании Зогу I. Однако желанной короной Искандер-бея, правившего Албанией в годы ее действительного величия и когда она называлась «Великой», ему воспользоваться не удалось. Венский музей, в котором хранилась корона, отказался выдать ее Зогу I даже за очень большие деньги.

Достойное занятие

Благодаря действиям русских наемников к власти в Албании пришел человек, сыгравший огромную роль в ее жизни и решительно развернувший ход событий на 180 градусов. С начала его правления в январе 1925 г. до апреля 1939 г. — начала оккупации Албании Италией — это было самым блестящим и счастливым временем для страны за весь XX век. При этом сам Зогу I не забывал, что своей победой в Албании он обязан русским наемникам.

Для них также нашлось достойное занятие. Сразу после принятия парламентом конституции по варианту Ахмет-бея русские наемники были посланы в горы для разоружения населения. Особенно активно в этом участвовала русская пулеметная команда. Оружия кругом было очень много. Так, только в одном доме во время обыска русские наемники обнаружили 2 новеньких горных орудия с несколькими снарядными ящиками.

Когда к концу зимы 1925 г. русские наемники вернулись в Тирану, там уже шло формирование регулярных албанских частей, поскольку солдаты старой армии просто разбежались с приходом русских наемников. Они бросили мулов и лошадей, которые сотнями бродили в окрестностях Тираны и других городов. Для их сбора снова направили русских, которые снова успешно справились с этой задачей. В итоге они собрали более 300 лошадей и мулов, которых постепенно передавали новым албанским частям.

К концу марта 1925 г. оканчивался контракт, подписанный между Ахмет-беем и русскими наемниками. По имеющимся условиям контракта русские должны были уйти в отставку, получив двухмесячное жалование.

Но в действительности из Русского отряда ушел только полковник Миклашевский, который вернулся в Белград для продолжения там своей воинской службы. Все остальные наемники подписали второй контракт на 3 месяца.

На тех же условиях контракт возобновлялся 6 раз, и лишь через полтора года Русский отряд, находившийся теперь под командованием Берестовского, был расформирован. Отряд не расформировывали долго по причине того, что он был очень нужен Ахмет-бею для борьбы против местных феодальных князьков — беев. Беи со времени провозглашения независимости Албании в 1912 г., в год устраивали по нескольку государственных переворотов, в результате одного из которых и пришел в свое время к власти епископ Фаноли.

Ахмет-бей извлек уроки из прошлого, и русские наемники блестяще исполнили задачу по обезвреживанию беев. Подвластные им люди освобождались от рабства и форм феодальной зависимости, феодальное право отменялось. При этом русские наемники следили за исполнением таких распоряжений парламента и самого Ахмет-бея. Эта задача также была ими выполнена «на ура». Однако пережитки феодализма еще долго сказывались на развитии Албании. Так, по данным самих русских, еще много лет спустя после указанных событий при обращении к какому-нибудь албанцу с вопросом о том, кто он, вместо нормального ответа можно было услышать, что он — «человек такого-то бея».

Борьба против феодальных беев в Албании продолжалась с переменной активностью полтора года. За это время была создана боеспособная регулярная албанская армия, которая оградила албанского правителя от переворотов. Таким образом, русские наемники были распущены только после появления у Ахмет-бея Зогу I собственной надежной армии и устранения непосредственной опасности для его власти в Албании. Однако, по «неофициальным» данным, роспуск русских гвардейцев в 1926 г. произошел как раз из-за интриг английского представителя в Тиране и в качестве предлога были выбраны «финансовые трудности».

С момента переворота началась новая эпоха возрождения и процветания Албании. По данным русских, «Тирана стала неузнаваема. Половина города снесена и теперь строится заново. Масса автомобилей прорезает Албанию во все концы. Железная дорога от Тираны до Дураццо почти готова и скоро будет продлена в глубь страны, к Сербии. Пять раз в неделю летают пассажирские аэропланы».

Однако русских в Албании не забыли и предложили каждому пожизненную пенсию в размере получаемого месячного жалования, но при условии, что они поселятся здесь же. Очевидно, что албанский монарх хотел оставить бывших русских наемников «на всякий непредвиденный случай», чтобы можно было в любую минуту снова воспользоваться их услугами. Сначала в Албании остались все бывшие русские наемники, так как это было очень выгодно, но жизнь в Албании была скучной, и постепенно все стали разъезжаться. К апрелю 1939 г., времени высадки в Албании итальянских войск, из всего Русского отряда здесь осталось лишь 15 человек, не считая четверых русских наемников, поступивших на албанскую действительную воинскую службу — Кучук Улагая, Красенского, Белевского и Сукачева. Берестовский, один из главных героев русского наемничества в Албании, скончался здесь же в 1944 г.

В Албании многие бывшие русские наемники приняли подданство этой страны. На албанской службе они неоднократно выдерживали экзамены для повышения в следующий чин по итальянской военной системе и проходили для этого специальные курсы. Такие курсы были четырехмесячными и проводились в Скутари или Скадаре.

Во время пребывания Кучук Улагая на таких курсах произошла романтическая история. У Улагая была родная сестра Фатима, славившаяся своей красотой, как и многие черкешенки. Унтер-офицер албанской службы Куракин, служивший в то время с Кучук Улагаем на конском заводе под его руководством, был в нее безутешно влюблен. О том, чтобы они были вместе, не могло быть и речи. Куракин не мог променять из-за женитьбы православную веру на ислам, а она сама под страхом смерти не могла принять христианство. Тогда Куракин похитил Фатиму с ее согласия и даже предложения. Кучук Улагай прогуливался вместе с Сукачевым, когда мимо них на бешеной скорости пронесся автомобиль, в котором сидела укутанная в чадру мусульманка Фатима и спрятавшийся православный Куракин. Сделано это было для того, чтобы сбить с толку брата Фатимы, который в случае поимки обоих заговорщиков не пощадил бы ни сестры, ни сослуживца. Этому романтическому приключению помог новый православный епископ Албании с условием, что Фатима сейчас же после похищения крестится, что она и сделала. Узнав об этом, Кучук Улагай проклял ее. Зная, что в гневе брат Фатимы страшен, Куракин переехал с ней… в Чили, надеясь, что Улагай никогда не найдет их. Будучи инженером, Куракин здесь неплохо устроился. Не имея возможности достать негодную сестру и ее похитителя, Кучук Улагай в конце концов успокоился.
Tags: Албания, Россия, Югославия, война, наемники, судьба
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments