elena_2004 (elena_2004) wrote,
elena_2004
elena_2004

Category:

Памяти Цымбурского. Часть пятая: возвращение истории

Оригинал взят у v_sidorov в Памяти Цымбурского. Часть пятая: возвращение истории
Сумеет ли пространство западного Лимитрофа России обрести геополитическую устойчивость сегодня такой же большой вопрос, как и то, сумеет ли наконец состояться в качестве самодостаточного целого сама Россия, Великороссия.
Среди возможных вариантов можно выделить поглощение всего славяно-балтийского лимитрофа Европейской Империей или его возвращение в состав Империи Российской, два варианта, кажущихся сегодня столь же маловероятными, сколь и малопродуктивными. Еще один вариант можно охарактеризовать как геополитическую хаотизацию, частью которой станет как деконструкция России, так и демонтаж Евросоюза, в результате чего обретения субъектности - в сложных взаимоотношениях с единственной оставшейся заокеанской Империей - будут искать (но не факт, что находить!) новые государства на просторах Европы и Евразии.

Важно понимать, что концепция "Остров Россия" предполагает намеренный отказ Великороссии участвовать как в борьбе за становление Нового Мирового Порядка, так и в борьбе за его уничтожение. При этом Вадим Леонидович исходил из того, что борьба эта будет происходить между двумя порочными силами - богатого, неправедного Севера и бедного, но тоже неправедного и озлобленного Юга.Если Север - это в первую очередь Евро-Атлантика, то Юг - в первую очередь Ислам в его протестных и радикальных формах, наиболее последовательно воплощенных в терроризме. Имеющие же перспективу молодые (в смысле их роли в миропорядке) государства и блоки, такие как Китай, Индия или Латинская Америка - вне зависимости от их фразеологии - фактически будут ориентированы на модель полутораполярности, то есть усиления в тени одновременно обеспечивающего миро-порядок, но при этом связанного борьбой с Югом "мирового цивилизованного".

Цымбурский, когда мы говорили с ним об этом в первый раз, не хотел настоящей многополярности и боялся ее. Я помню, как изменив своему академическому хладнокровию, он понизил тон и сказал, что настоящая многополярность - это страшно. Возможно, потому что путь к этой многополярности или к иллюзии таковой он видел идущим через апокалипсис, масштаб которого в практическом измерении можно понять проанализировав его интереснейшую работу Сверхдлинные военные циклы Нового и Новейшего времени.

Миссия России как Катехона, т.е. Удерживающего мир от зла, обуславливающая необходимость активного участия России в мирополитике, к чему призывают - каждый по своему - современные византисты, евразийцы и младоконсерваторы, глубоко претила Цымбурскому. Катехону как Третьему Риму он противопоставлял паттерн Острова, черпающего свои смыслы в мифологии Града-Китежа, града, исчезающего из неправедного мира, чтобы спасти и обрести свою жизнь в ином измерении.

Мы живо обсуждали с Цымбурским его отношение к многополярности, ведь в значительной степени оно было основано на восприятии им Ислама как ведущей силы мира забитых и обездоленных, идеологической основы варваров Нового Рима, идущих на штурм мировой империи, пытаясь смести на своем пути все вокруг. Поэтому увидеть - в нашем лице - Ислам как силу, не завершающую историю (в противостоянии финалистов и эсхатологистов), но стремящуюся к ее продолжению, было большим удивлением и открытием для него.

Информация о существовании в Старом Свете и Мире Ислама таких сил озарила его просто-таки ребяческим восторгом, но уже как геополитика, вошедшего в азарт, его было трудно вывести из эйфории от рассуждений о возможной роли в новой геополитике двух флангов возвращающегося в историю (пока только в планах) Мира Ислама - западного, турецко-европейского и восточного, центральноазиатского (Пакистан, Афганистан и Индия).

Однако оставим это все ненадолго, чтобы вернуться к острову России. Если "решительная" геополитика РФ - правопреемника СССР на постсоветском и средиземноморском пространстве призвана обеспечивать энергетический экспансионизм Газпрома и Роснефти, то можно предположить, что окукливание России потребует смены парадигмы и в этом вопросе. Поиск альтернативных, неконфликтных маршрутов для экспорта энергоносителей, таких как "Северный поток", избавляющих Россию от необходимости завоевания (в той или иной форме) транзитных государств для обеспечения своих экономических интересов - лишь один из штрихов.

Куда более важен другой момент - это наращивание внутреннего потребления энергоносителей с их одновременным удешевлением, призванное стать прологом, но являющееся и необходимым условием - для освоения бескрайних просторов заброшенной России. При наличии политической воли в Кремле, а еще лучше новом национальном геополитическом центре, даже выдавливание России (или постепенный добровольный уход) с внешних рынков было бы использовано как повод для разворота к внутреннему производству и потреблению страны, выражаясь языком Цымбурского, "консолидации России в огромную сверхтяжелую "мировую точку".

Сверхтяжелая мировая точка автоматически стала бы не только экономическим - инфраструктурным средоточием материка, просторы освоения которого могли бы стать и начертаниями нового маршрута - Великого Шелкового Пути. Изоляционизм геополитики тем самым провоцирует невиданную открытость в развитии, а отказ от похищения Европы становится прологом для замыкания уже ее на себя, учитывая смещение центра тяжести мирового развития в АТР, мостом и коридором в который могла бы стать сосредотачивающаяся Россия.

Другое направление, приоритетное помимо АТР - Центральная Азия. В условиях упадка русских сил ее людские ресурсы в контексте освоения Сибири - единственный противовес КНР. Вопрос в субъектности и характере воздействия. Находящаяся в состоянии анабеоза Россия, не проводя политики ни выборки, ни культурной переработки становится проходным двором для миграционной лавины из Средней Азии, тогда как те же самые ресурсы могли бы играть позитивную роль в российском освоении пустующих территорий.

Пока Россия тешит себя реальным или мнимым воздействием на Среднюю Азию в геополитике, они уже давно поменялись местами в области демографии. Отбросив геополитические притязания на регион и перестав держать его на своем экономическом балансе, напротив, хозяйственно развивающаяся страна могла бы отбирать и втягивать в себя то, что нужно ей. Меж тем, геополитический вакуум могла бы заполнить новая сила, и в интересах России, чтобы ей был не Китай. Анализ же структуры территорий, идущих от Казахстана вниз, с востока огибая Китай, не оставляет сомнений - с просторов Средней Азии и до Индонезии, только Исламский мир, не революционный, а также втягивающийся в себя, является силой, способной создать противовес для Хань.

В этой связи надо сказать, что в обсуждении практических идей Русско-Османского Клуба, Вадим Леонидович быстро понял и поддержал необходимость Халифата как для мусульман, так и для мира, в котором они живут и с которым сосуществуют. В наши дни эта идея служит орудием для распространения геополитического хаоса, особенно, когда речь идет о революционной деконструкции существующих государств с силовым инкорпорированием всех населенных мусульманами территорий в утопическое мировое государство всех мусульман. Однако насколько верно то, что в качестве утопической идеи Халифат является деструктивным для мира и для самих мусульман, настолько же очевидно и то, что без реконструкции Халифата в качестве геополитической реальности, последователи крупнейшей в мире религии обречены быть страдательно-разрушительной силой современного человечества.

Халифат сегодня не только необходим самим мусульманам в качестве точки сборки и генерирования исламской цивилизационной инициативы, но и остальному человечеству в качестве условия договороспособности стремящегося к субъектности Мира Ислама. На прогнозируемом уже сегодня пепелище цивилизации нефти, ставшей экспортно-колониальным паттерном мусульманского мира, исламской цивилизации надлежит утвердить новый социальный паттерн, вокруг которого могут естественно сшиться тяготеющие к нему просторы материка. Халифат в этом случае мог бы стать миссией стержневого государства Ислама или союза нескольких таковых (Турция, Пакистан, Малайзия), гибким властным институтом, фиксирующим единство пространства органично тяготеющих друг к другу народов, сообществ и стран.

Здесь закономерным образом вновь встает вопрос о многополярном мире.

Насколько такая страна, как Россия может просто выпасть из существующего миропорядка, в том числе, мироэкономики, не создав могучей экономической автаркии? Может ли эта автаркия состояться без утверждения в ней новой, натуральной или натурально обеспеченной валюты: золотого червонца или палладиевого рубля, о котором недавно говорил Грызлов?

Может ли мощный, стремительно развивающийся национальный рынок в России с ее геополитическими данными существовать, игнорируя ее транзитное положение, связующее крупнейшие рынки Европы и Азии, и не используя его как инструмент своего развития?

Наконец, при таких трендах внутреннего и внешнего экономического развития могут ли они не спровоцировать аналогичные процессы в вовлеченных в это развитие цивилизациях, в частности исламской, в которой проект золотого динара является стратегической идеей исламской элиты, нацеленной на реконструкцию исламского торгового и через него социального паттерна, закреплением которого должно стать восстановление в одной из центральных для этого процесса стран Халифата?

Рассуждения Цымбурского о многополярности имеют свою логику, но в них не был учтен фактор кризиса, разразившегося в последние полгода его жизни. В ноябре 2008 года мы хотели провести с ним семинар именно по кризисной проблематике, на котором должны были быть вброшены в обсуждение несколько стратегических идей, в числе прочего о проекте Великого Шелкового Пути, проходящего по территории России в контексте необходимости переноса ее столицы, о золотом рубле и золотом динаре как инструментах реконструкции мировой финансовой системы, а также о перспективах российско-турецко-пакистанского сотрудничества.

Реалии, обнажившиеся с началом этого очистительного кризиса, сводили на нет веру в полумеры и компромиссные решения. В условиях, когда на кону стоит выживание самой единственной мировой сверхдержавы и когда ценой ее выживания в этом качестве может быть хаос всего остального мира, надежда на полутораполярность становится непозволительной роскошью для любого политического и геополитического реалиста.

Все больше голосов среди "мирового цивилизованного" и его апологетов уже открыто раздаются в пользу того, что только переход к глобальному управлению позволит защитить его систему от сбоя, чтобы можно было надеяться на сохранение какого-то "полутора". В пику этому возрождение островного духа осевых цивилизаций не может не спровоцировать цепной реакции в виде сцепки этих островов и выстраивания вокруг них нового миропорядка, подлинной многополярности.

Возвращение истории, ее новый виток может стать в таком случае реальной альтернативой Апокалипсису, в предчувствии которого строил свою геополитическую концепцию русский мыслитель Цымбурский.







Tags: В.Л. Цымбурский, Россия, география, планета Земля, политика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments