elena_2004 (elena_2004) wrote,
elena_2004
elena_2004

Как в XVII веке русские едва не восстановили Казанское ханство (ч.1)

полностью http://rusplt.ru/policy/kak-v-xvii-veke-russkie-edva-ne-vosstanovili-kazanskoe-hanstvo-9937.html
Царство Казанское, как русские именовали этот регион, было сложной и неспокойной периферией. Покоренные народы регулярно поднимали восстания против русской администрации. Особенно воинственным характером отличались марийцы (стар. черемисы), отчего эти восстания получили название Черемисских войн. На левом берегу Камы, где сейчас расположены нефтеносные юго-восточные районы Татарстана, заканчивалась московская юрисдикция и начинались кочевые владения Ногайской орды. Под Казань за неимением еще Сибири при Иване Грозном ссылались опальные аристократы, сюда же направлялись пленники Ливонской войны: поляки, литвины и латыши. Но и без них регион отличался чрезвычайно полиэтничностью.
Русские служилые и посадские люди, пришедшие на Среднюю Волгу из разных земель и городов; служилые татары, князья и мурзы, присягнувшие русскому царю и все еще сохранявшие свои земельные владения; русские ясачные крестьяне, жившие здесь еще до 1552 года; помещичьи и монастырские русские крестьяне, шедшие по следам новых хозяев страны; ясачные чуваши, жившие тогда по обе стороны Волги; горные и луговые марийцы; удмурты (стар. вотяки); православные, мусульмане, язычники, депортированные лютеране и католики — впервые Россия столкнулась с такой «цветущей сложностью» на относительно небольшом пространстве.

Административная система Царства Казанского определялась фактом недавнего завоевания. Территория делилась по Волге на два крупных уезда с центрами в Казани и Свияжске, и еще на несколько малых уездов в пределах современных Чувашии и Марий Эл. Здесь не было наместнической власти, как в коренных областях России, не было и выборного земского самоуправления. Гражданское и военное руководство осуществляли воеводы, что указывало на чрезвычайный характер местной власти. В Казани служило одновременно два воеводы. Ниже их стояли два городовых дьяка, отвечавшие за административные вопросы и делопроизводство. Значительными полномочиями обладали казанские митрополиты и крупнейшие монастыри. В Москве действовало своеобразное «Министерство по развитию» тогдашнего «Дальнего Востока» России — Приказ Казанского дворца.

Общероссийский кризис настиг Казань позже, чем южные и западные области страны. Основные события Смутного времени на Средней Волге были связаны с противостоянием сторонников Василия Шуйского и «спасшегося царя» Дмитрия Ивановича. Сначала это были болотниковцы, занявшие в 1606 году Курмыш, Алатырь, Цивильск и поддержанные жителями Чебоксар и Свияжска. Затем сторонники Лжедмитрия II и тушинского правительства, чья территория простиралась от Касимова и Арзамаса, до далекой Астрахани. Казань и Казанский уезд, напротив, всегда держали сторону царя Василия, причем эта лояльность касалась не только администрации, но и большей части населения.

В Смутное время элиты каждого города и уезда выбирали, какому из государей служить, нередко в этот выбор вмешивались широкие народные массы. Борьба за легитимность между претендентами на верховную власть, социальный и этнический протест на практике выливались в войну между разными регионами. Каждый год с юго-запада в сторону Казани выдвигалось войско, состоявшее из русских и мишарских служилых людей, которое получало поддержку у жителей горного правобережья Волги, но натыкалось на преграду у крепких стен Свияжска. Самые активные действия вселись в холодное время года, и затихали на время полевых работ.
Осенью-зимой 1608 года на помощь казанским воеводам из-под Царицына пришла огромная понизовая рать Федора Шереметьева. Тогда сторонники Лжедмитрия II потерпели несколько поражений. Но когда войско Шереметьева ушло дальше на запад, война возобновилась с новой силой. 10 марта 1609 года под селением Бурундуки Свияжского уезда казанское войско, включавшее русских служилых людей, стрельцов, а также представителей едва ли не всех народов региона (например, и полоняников из Литвы, живших в городе Лаишеве), нанесло сокрушительное поражение коалиции алатырских, темниковских, касимовских и арзамасских тушинцев. Это сражение было первым, победу в котором связывали с Казанской иконой Божией Матери. Но война продолжала распространяться и охватила волжское левобережье.

Еще зимой 1609 года отряд тушинцев под командованием арзамасских мурз братьев Мустофиных, спасаясь от Шереметьева, прорвался через Волгу в районе Козьмодемьянска. Потерпев под Царевококшайском (ныне Йошкар-Ола) поражение от свияжских стрельцов и казанских татар, чувашей и луговых марийцев, тушинцы все-таки организовали плацдарм в городе Яранске и начали действовать в Вятской земле. Не остановилась война и в 1610 году, когда Василий Шуйский был свергнут с престола. В Чебоксарах формировал войско для нового похода на Свияжск князь-тушинец Роман Троекуров, а местный феодал, князь Камай Смиленев, собрал войско на Высокой Горе (ныне райцентр в 20 км от Казани) и едва не осадил Казань. Только лояльная позиция жителей Татарской слободы спасла русскую администрацию от этого удара с тыла.

От поисков легитимной власти к самоорганизации

Даже для видавшей много крови Казани эта многолетняя война была экстраординарным событием. Экономика региона пришла в полный упадок. «А у нас в Казани денег в сборе нет, потому: всяких доходов с чуваши и с черемисы, с дворов ясачных и с вотчин оброчных денег, не имано, для смутного времени по три годы, ни одной денги, и кабаки заперты были по многое время, и таможенных пошлин взятии было не с чего, с Верху и с Низу ни из которых городов больших соляных и никаких судов не было». Связь региональной администрации с центральной была нарушена еще при Шуйском. «В Казани про Московское государство вестей никаких нет», — говорилось в одном из документов.

Кризисный период Казань пережила под руководством администрации, включавшей ярких и разноплановых деятелей. Первым воеводой был молодой, но родовитый представитель старого московского боярства Василий Петрович Морозов. Второй воевода Богдан Яковлевич Бельский — «федеральный тяжеловес» на казанском воеводстве, племянник Малюты Скуратова, ближайший фаворит Ивана Грозного и конкурент Бориса Годунова, сосланный подальше Василием Шуйским, мастер политической интриги, который органично бы смотрелся при европейском дворе эпохи Возрождения. Третьим человеком в казанской администрации Василий Шуйский назначил дьяка Никанора Михайловича Шульгина — незнатного выходца из Лушского уезда, что на территории современной Ивановской области. Вторым дьяком после Шульгина был казанский дворянин Степан Яковлевич Дичков. Духовная власть принадлежала митрополиту Казанскому и Свияжскому Ефрему, который наследовал кафедру у знаменитого Гермогена.

Находясь в политической изоляции перед лицом угрозы со стороны усилившихся тушинцев, казанским воеводам и дьякам не оставалось ничего другого, как маневрировать. И пространство для маневра неожиданно было найдено в высокой религиозно-патриотической плоскости. 7 января 1611 года в Казань прибыл дьяк Афанасий Евдокимов, служивший здесь прежде. Евдокимов рассказал о событиях, произошедших в Москве за последнее время: о давлении на патриарха Гермогена, об оккупации Москвы «литовскими людьми» и установленном ими режиме, о неясной ситуации со смоленским посольством, которое отправилось для приглашения королевича Владислава на престол. После этого казанские руководители принимают решение присягнуть Лжедмитрию II. Присяга состоялась 9 января, и сразу после этого из Казани было направлено письмо в Вятскую землю с призывом «стати бы, господа, нам православным крестьяном за истинную православную Христову веру всем единодушно, чтоб нам православным крестьяном не отдатись от православныя крестьянския веры в злую и в проклятую латынскую веру».
Tags: Казань, Россия, государство, история, общество, политика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments