elena_2004 (elena_2004) wrote,
elena_2004
elena_2004

Categories:

Парадоксальная война: Сомали против Эфиопии, 1977 год

http://www.airwar.ru/history/locwar/africa/ogaden/ogaden.html
Это была самая парадоксальная война эпохи противостояния сверхдержав. Потому что "наши" в этой войне летали на американских истребителях и сбивали МИГи, а кубинцы и израильтяне оказались союзниками.
15 октября 1969 года, в Сомали в результате государственного переворота пришёл к власти генерал-майор Мохаммед Сиад Барре провозгласивший строительство в своей стране социализма (но при этом, чудным образом замешанном на законах шариата). Поэтому, неудивительно, что объемы советской помощи с каждым годом нарастали. В 1974 году СССР и Сомали заключили полномасштабный договор о дружбе и сотрудничестве. В стране находилось несколько тысяч советских и кубинских военных советников и специалистов. Начались поставки сомалийскому авиационному корпусу истребителей МиГ-21МФ и "спарок" МиГ-21УМ (всего было заказано 40 самолетов), около десятка бомбардировщиков Ил-28, вертолетов Ми-8 и транспортных самолетов Ан-24. Взамен предоставленной помощи, Москва получила в свое распоряжение ряд стратегических объектов на территории Сомали, в том числе пункт базирования боевых кораблей ВМФ в порту Бербера и ряд военных аэродромов.
Что же касается собственно Огадена, то сомалийцы решили на время отступить и ждать удобного момента, чтобы раз и навсегда решить территориальный спор военной силой. В 1968 году обе стороны даже заключили соглашение о прекращении огня, однако среди сомалийских племен на территории Огадена стали активно действовать отряды Фронта Освобождения Западного Сомали (ФОЗC), получавшие всестороннюю помощь Могадишо. Впрочем официально сомалийцами отрицавшуюся, несмотря на ряд протестов и разоблачений с эфиопской стороны.
До 1974 года оппонент сомалийцев - Эфиопия, считалась верным и традиционным союзником США в Африке. Поэтому эфиопская армия и ВВС были вооружены преимущественно американским оружием. Подготовкой личного состава также занимались американцы. В разное время Эфиопии были поставлены 36 F-86F, 12 F-5A, 2 F-5B, 4 "Canberra B.Mk.52", и некоторые другие виды авиационной техники. Ещё одним важным военным союзником Аддис-Абебы был Израиль.
Однако в 1974 году в результате военного переворота монархический режим императора Хайле-Селасси был свергнут. Власть в стране перешла к Временному военному административному совету во главе с полковником Менгисту Хайле Мариамом. Показательно, что с начала Менгисту Хайле Мариамом вовсе не торопился разорвать традиционные отношения с Вашингтоном. Более того, эфиопы попытались даже увеличить масштабы американской помощи, так как практически сразу после переворота началось восстание в Эритреи и очень скоро повстанцы контролировали значительную часть территории этой провинции. Однако США отнесли к просьбам Эфиопии более чем прохладно, а в адрес новых эфиопских властей посыпались обвинения в нарушении "прав человека" (что было вовсе не удивительно в условиях фактически идущей в стране гражданской войны). Администрация Президента США Джимми Картера начала сворачивать военные поставки даже по уже подписанным контрактам. Так из заказанных ещё в 1973 году 14 истребителей F-5E и 3 учебно-боевых F-5F Эфиопия получила только 8 самолетов F-5E.
---

В этих условиях Мариам сначала сделал ставку на Китай, но возможности Пекина в этот период были ещё крайне ограниченны. Выбор у нового эфиопского лидера был не велик (а вернее вообще отсутствовал), спасти его режим могла только помощь Советского Союза. В апреле 1977 года были практически свернуты все контакты с США, а в мае Менгисту Хайле Мариамом прибыл с официальным визитом в Москву. В обмен на военную помощь он обещал предоставить СССР в качестве военно-морской базы эфиопский порт Массава. Уже в июне-июле 1977 года Советский Союз начал поставлять в Эфиопию танки, буксируемые и самоходные артиллерийские орудия, реактивные системы залпового огня и зенитно-ракетные комплексы.

Однако сразу после вовлечения Эфиопии в сферу своего влияния Москва оказалась перед трудной дилеммой. Факт эфиопо-советского сближения вызвал болезненную и резко отрицательную реакцию Сиада Барре. Сомалийский президент внимательно следил за обстановкой в соседней стране и момент, чтобы наконец отторгнуть у ослабленной внутренними междоусобицами Эфиопии Огаден, был самым подходящим. Вмешательство же Советского Союза путало ему все карты.

Отношения Москвы с Могадишо стали портиться, что называется не по дням, а по часам. Поскольку конфликт между двумя союзниками СССР был совершенно не желателен, его попытались разрешить на начальной стадии политическими средствами. Посредником в этом выступил Фидель Кастро, который посетил обе страны и вел переговоры с их руководителями. Но все усилия Фиделя были тщетны, из-за непреклонной позиции Сиада Барре. Кроме того, Барре стал демонстративно налаживать связи с США и рядом исламских стран в первую очередь с Саудовской Аравией. Пространство для политических маневров стремительно сужалось и Москве настоятельно требовалось принять чью-либо сторону. После долгих раздумий и колебаний было решено поддержать (пока неофициально) в назревавшем конфликте Эфиопию.

Барре понимал, что время работает против него и поэтому решил немедленно использовать свое военно-техническое превосходство над Эфиопией. Сомалийская группировка, выделенная для захвата Огадена, насчитывала 23 тысячи человек. Она была неплохо подготовлена советскими военными специалистами, по советским же уставам и наставлениям и имела около 350 танков Т-34/54/55, более 300 бронетранспортеров, 600 артиллерийских орудий. ВВС Сомали имели в "первой линии" более 60 боеготовых боевых самолётов Миг-21 и Миг-17, 10 вертолётов Ми-8, транспортные самолеты Ан-24 и Ил-14. Основные авиабазы располагались в Могадишу, Харгейсе, Кисимайо и Байдоа.

Эфиопская армия хотя и несколько превосходила сомалийскую по численности (около 50 тысяч человек), но уступала по числу танков и артиллерийских систем. Её вооружение представляло собой причудливую "смесь" из американской и советской боевой техники, офицерский корпус за прошедшие несколько лет был несколько раз тщательно "почищен" на предмет поиска сторонников старого режима, заговорщиков и прочих "врагов народа". К тому же основные армейские части были сосредоточены в Эритрее, где отдельные стычки с повстанцами давно переросли в полномасштабную войну.

К середине 1977 года в ВВС Эфиопии числилось 35 исправных боевых самолетов, среди которых были 16 истребителей F-5A/B/E, 3 бомбардировщика "Canberra B.Mk.52", несколько истребителей F-86 и учебно-боевых Т-28. Транспортная авиация была представлена несколькими С-47, С-54 и С-119К. Они базировались в Дебре Зейте (основная авиабаза вблизи Аддис-Абебы), Асмаре, Азезо, Гобе, Диредаве, Джиджиге и Микеле. Эфиопская авиация, впрочем, как и другие виды вооруженных сил, испытывали острую нехватку запасных частей и боеприпасов.

В этих условиях Барре пошел "ва-банк". С начала 1977 года отряды ФОЗС (общей численностью около 50 тысяч человек) перешли к активным боевым действиям. А 20 июля в Огаден вторглись регулярные сомалийские войска. Эфиопы располагали в провинции только 3-й пехотной дивизии и рядом отдельных частей - всего 10 200 человек, 45 танков M41/M47, 48 артиллерийских и 10 зенитных орудий. Ко всему прочему эти итак не многочисленные силы были распылены по отдельным гарнизонам и постам. Сомалийцы же, концентрируя войска на направлениях главного удара, легко взламывали эфиопскую оборону, беря обороняющихся в клещи, при необходимости окружая их, создавая "мешки" и "котлы".
---

Поэтому, в начале сентября 1977 года С. Барре решился на отчаянный и экстраординарный шаг √ прибыл с визитом в СССР, с целью добиться если не помощи, то хотя бы советского нейтралитета. Однако встретили его в Москве, более чем холодно. Мало того, Л.И. Брежнев, отдыхавший в Крыму, не пожелал прервать отпуск, для встречи с Барре.

Вслед за сомалийским лидером, в октябре 1977 г. СССР посетил новый "красный негус" Эфиопии Менгисту Хайле Мариам, которого встречали совсем по-другому. Ему были обещаны не только обширные военные поставки, но и содействие в получении согласия Ф. Кастро на отправку кубинских добровольцев в Эфиопию.

Это, что называется, переполнило "чашу терпения" С. Барре. 13 ноября 1977 года президент Сомали объявил о денонсации договора с СССР. Все советские граждане должны были покинуть страну в течение недели. К кубинцам подошли ещё строже √ им дали всего сутки. Что касается советского имущества находившегося в Сомали, то оно было разом конфисковано. Сиад Барре заявил, что эвакуировать из страны нечего. В домах советских советников отключили электричество и воду, а сам поселок был оцеплен солдатами. Первоначально, эвакуация из Сомали осуществлялась только по воздуху. Прилетавшие самолеты вели опытные экипажи военно-транспортной авиации, естественно в штатском. Однако в аэропортах над нашими специалистами и кубинцами сомалийцы откровенно издевались. В этих условиях СССР пришлось применить силу. В сомалийский порт Бербера вошли боевые корабли оперативной эскадры Тихоокеанского флота. На берег были высажены морские пехотинцы вместе со штатной боевой техникой и под их прикрытием были эвакуированы люди, и погружено на корабли имущество размещавшегося в этом порту пункта базирования ВМФ СССР. Уходя из Берберы советские корабли отбуксировали в Аден принадлежащие нашей стране плавмастерскую и плавучий док.

В порт столицы Сомали Могадишо 20 ноября, для эвакуации людей и имущества вошел большой десантный корабль ТОФ "50 лет шефства ВЛКСМ". Как и в Бербере, власти заявили, что забирать нечего, все теперь стало собственностью Сомали. Однако, после появления на берегу морпехов, обстановка разом нормализовалась и все пошло как по маслу. Часть советских военных советников вернулась в Союз, а некоторые оказались по другую сторону линии фронта √ в Эфиопии.

В качестве ответной меры из Советского Союза была выслана многочисленная группа сомалийский слушателей военных училищ и академий, а Куба вообще разорвала дипломатические отношения с Могадишо. Оставив Сомали, СССР потерял оборудованный им пункт базирования в порту Бербера, специально построенный узел связи, а также лишился права использования сомалийских аэродромов и ряда других стратегических объектов.

Тем временем в ноябре 1977 года в Эфиопию для детального анализа ситуации прибыла представительная советская военная делегация (потом превратившаяся в "оперативную группу"), которую возглавлял первый заместитель главкома Сухопутных войск генерал армии В.П. Петров. В штабы и части эфиопской армии стали направляться советские военные советники.

25 ноября силами советской военно-транспортной авиации был наведен "воздушный мост" между СССР и Эфиопией. В нем было задействовано по меньшей мере 225 самолетов различных типов, в основном Ан-12 (причем большинство из них было окрашено в цвета "Аэрофлота"). В последующие две недели, по воспоминаниям очевидцев, буквально каждые двадцать минут в аэропорту Аддис-Абебы садился советский транспортный самолет. "Воздушный мост" начинался в Закавказье, затем самолеты делали первую посадку для дозаправки в Багдаде, потом обходили над Персидским заливом Аравийский полуостров, приземлялись в Адене, и, после ещё одной дозаправки брали курс на Аддис-Абебу. Однако здесь "мост" не заканчивался, а продолжался дальше в глубь Африки, в ещё одну "горячую точку" - Анголу. Туда тоже шло советское оружие, а обратными рейсами из Анголы в Эфиопию перебрасывался личный состав кубинских воинских частей.
---

Война в Огадене, не смотря на свою скоротечность, привлекла пристальное внимание военных специалистов. О западной реакции на советский "воздушный мост" уже сказано выше, не меньшее волнение в кругах НАТО вызвала и аэромобильная операция проведенная под Джиджигой. В ходе конфликта свое боевое крещение прошли боевые вертолеты Ми-24.

Очень часто, упоминается о применении в Огадене истребителей-бомбардировщиков МиГ-23БН, но это не совсем верно. Первые из 44 заказанных для ВВС Эфиопии МиГ-23БН прибыли из СССР только в марте 1978 г. Одновременно из Союза, прямо после переучивания, прилетели кубинские пилоты этих самолетов. Любопытно, что летный состав РВС начал эксплуатировать эти истребители-бомбардировщики ещё до того как они были поставлены на Кубу (на "остров свободы" эти машины попали только в сентябре 1978 г.). В апреле боеготовые "МиГ-и" были переброшены на авиабазу Дире-Дауа, но боевые действия к тому времени уже закончились. Тем не менее, пятерка МиГ-23БН пилотируемых кубинцами, участвовала в триумфальном военном параде по случаю окончания войны 13 сентября 1978 г. Его вместе с Менгисту Хайле Мариамом принимал и находившийся в Эфиопии с визитом Фидель Кастро.

Своего рода сенсацией и неприятным сюрпризом одновременно, стали "чистые" победы эфиопских истребителей F-5 над сомалийскими МиГ-21. Это было вдвойне досадно, поскольку до этого, "Фридом файтеры" в глазах наших военных специалистов были "второсортными" истребителями и не считались сильным противником. То что это не было случайным подтвердили и проходившие в тот же период в Ахтубинске в ГК НИИ ВВС сравнительные воздушные бои F-5E (доставленного из Вьетнама) с МиГ-21бис.

Вот как вспоминает о них летчик-испытатель В.Н. Кондауров летавший на "МиГ-е": "Ближний манёвренный "бой" начинался в равных условиях на встречных курсах. Все полёты заканчивались с одним результатом - МиГ-21 проигрывал, хотя и имел значительно большую тяговооружённость. Я, что называется, "из кожи вон лез", чтобы в процессе маневрирования хотя бы удержать первоначальные условия. Брал от самолёта всё, на что он был способен, но ракурс цели неуклонно увеличивался и "противник" через пару минут оказывался у меня в хвосте. Спасти могла только тактика".

Аналогичный результат был получен и кубинцами, которые после окончания войны в Огадене провели серию учебных боев, в которых МиГ-21, пилотируемые подполковниками Хосе Феблесом и Луисом Киньонесом, уступили эфиопским F-5.

Стоит сказать, что эфиопо-сомалийский конфликт не завершился с освобождением Огадена. Мохаммед Сиад Барре не признал своего поражения и, так как, сил для открытого противоборства у него уже не было, он продолжал поддерживать отряды ФОЗС. Впрочем, они ни по своей численности, ни по вооружению уже не представляли существенной опасности для Аддис-Абебы, хотя хлопот доставляли не мало.

Кубинские части после окончания войны, не были переброшены на север в Эритрею, а встали гарнизонами в Хараре и центральной части Эфиопии невдалеке от столицы Аддис-Абебы. Несмотря на публикации в западной прессе кубинцы больше не участвовали ни в боевых действиях в Эритрее, ни в пограничных стычках с Сомали которые продолжались вплоть до 1984 г. Численность кубинского контингента неуклонно сокращалась с 18 000 человек в 1978 г. до 3 000 человек в 1984 г. Причем летчики РВС и их "МиГ-и" вернулись на родину одними из первых. Постепенно нормализовалась и ситуация вокруг Огадена. В 1987 г. стороны наконец-то обменялись военнопленными, а в апреле 1988 г. Эфиопия и Сомали подписали соглашение, в котором отказались от территориальных притязаний в отношении друг друга. В связи с этим Куба решила прекратить своё военное присутствие в Эфиопии. Последние кубинцы покинули страну в 1989 г., завершив 12-летнию эфиопскую эпопею, через которую прошло 40000 кубинских военнослужащих. Одновременно советские военные советники были отозваны из состава эфиопских воинских частей.

Стоит сказать, что оба главных "действующих лица" Огаденской войны не пережили распада СССР. В 1991 г. в Аддис-Абебу вошли отряды Революционно-демократического фронта эфиопских народов. Менгисту Хайле Мариам бежал из страны в Зимбабве. Мятежная Эритрея наконец-то получила независимость. Сомалийский диктатор, смог находиться у власти только на полгода больше эфиопского лидера, а Сомали после свержения Сиада Барре погрузились в пучину междоусобной войны. Эфиопский же народ всегда с большой благодарностью относился к кубинским военнослужащим, сыгравшим решающую роль в сохранении суверенитета их страны. В ноябре 2000 г. правительство Эфиопии объявило о возведении монумента в знак благодарности и в память о кубинских солдатах, погибших на эфиопской земле.

Tags: Африка, Куба, СССР, Эфиопия, война, история, политика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments