elena_2004 (elena_2004) wrote,
elena_2004
elena_2004

Categories:

Магия опустевших деревень: фоторепортаж из дома знахарки-шептухи


Их образ описан средневековым богословом Кириллом Туровским, многими хронистами и летописцами, в исследованиях этнографов ХIX века, произведениях А. Куприна и И. Мележа... Но с появлением христианства на белорусских землях лечение травами и молитвами-заговорами находится под запретом.Парадоксально, что эти гонения не утихали даже в советское время на территории Восточной Белоруссии. Атеистическая власть боялась белорусских шептунов и чаровников. Некоторые знахари за свои врачевания были репрессированы и сосланы в Сибирь.
Не изменилась эта ситуация и сегодня. Ксендз или батюшка, когда узнает, что кто-то из его прихожан заговаривает воду – не допускает в храм на службу и прилюдно осуждает. И хотя языческие заговоры, испытав влияние христианства, все больше напоминают обычные молитвы, в обществе существует определенное табу.
Древняя традиция исчезает. «Старые люди умирают, а молодым это не нужно. Вот и уходим мы с грехом на душе, ведь дар лечить людей обязательно нужно передавать, нельзя с собой забирать», – жалуются знахарки.
За ответами на вопросы и с желанием приоткрыть занавес неизвестного и неисследованного фотокорреспондент interfax.by отправился в глухую белорусскую деревню в Ошмянский район Гродненской области, которая находится у самой белорусско-литовской границы. Население здесь преимущественно католического вероисповедания, что значительно осложняло поиски знахарей. Об этом не раз предупреждали этнографы. Традиция заговоров здесь очень закрытая и практически никем не исследована. Но нам повезло, один знакомый историк неподалеку от этой деревни купил хутор, познакомился с сельчанами и вошел к ним в доверие. С таким проводником-фиксером работать оказалось намного проще. Он и показал, где живет бабушка Янина, известная в этих краях знахарка-шептуха.
С первого раза беседы с бабкой Яниной не получилось. Она долго расспрашивала о том, кто приехал и что от нее хотят услышать, откуда узнали о ней, после чего, сославшись на плохое здоровье, отказалась говорить вовсе. Бросила только вслед: «Я завтра утром иду в костел в деревню Боруны, если хочешь поговорить – приходи после полудня. Сейчас я плохо себя чувствую, давление, наверное, сильное». Ничего не оставалось, как послушаться и ждать следующего дня. Хотя веры в то, что завтра удастся поговорить, да еще и уговорить сфотографироваться, оставалось все меньше.
На следующий день в условленный час на дворе никого не было, хата была закрыта. Только и подумалось: ну вот, не захотела говорить, отправила до завтра, а сама куда-то ушла. Но на стук в окошко послышалось: «Подождите, подождите, сейчас открою!».
Бабка Янина на интервью согласилась, лишь застенчиво заметила, что она уже старая и некрасивая, поэтому «карточки» выйдут непривлекательными, но фотографироваться не отказалась, лишь поправила платок.
- Все болезни идут от духовного состояния человека, – с порога начинает разговор хозяйка. – Если в душе пусто, то откуда там здоровью браться? Мне вот 80 лет, а я каждые выходные за семь километров в костел хожу. И Бог мне помогает. Я всю жизнь с божьей помощью только и живу. И чего только не пришлось увидеть, пережить... Родилась я в 1933 году, неподалеку от этой деревни. Жили мы на хуторе, родители были очень набожными. Теперь от того хутора лишь крест остался. Стоит посреди поля один, как сиротка. Я часто к нему хожу. Постою, помолюсь и иду домой. После войны, как пришла советская власть, нас всех в колхозы «приглашали», а я не пошла. Так нас начали «укрупнять», переселяли из хуторов в большие деревни. Думали, что там одумаемся и начнем «советский рай» строить. Нет уж... я ни одного дня в колхозе не проработала. Летом собирала ягоды, грибы, осенью – фрукты и овощи, возила в город на продажу, так и жила. Трех дочерей на ноги поставила. Две живут сейчас в Литве, одна здесь, в Беларуси, меня не забывают, часто в гости приезжают.
Как заговаривать начала? Странно, но само пришло. Давно это уже было. Мой муж очень сильно заболел, никто из врачей помочь не мог. Что я могла сделать? Только плакала и молилась. После начала молиться и заговаривать при этом воду. Бабушка и мама меня травам научили. Делала различные настойки, примочки и ему немного помогала. Сяду возле его кровати и переливаю водичку, читая молитвы. Как-то об этом узнали люди и начали ходить с просьбой. Кто-то спину потянет от тяжелой работы, у кого-то рожа, испуг, – всем помогала, как могла. Ничего здесь необычного нет, просто молилась и все тут. Это же не моя помощь, а Божья. Одна женщина, когда узнала, что я заговариваю воду, сказала нашему ксендзу, так он начал мне запрещать молиться. Я подошла к нему и рассказала, что ничего плохого в этом нет. Почитала ему свои «заговоры», а он мне и говорит: «Молись, как и молилась до сих пор, но деньги за это не бери!». Я же их и не брала никогда, если кто и оставит какой рубль – всегда отношу в храм к иконе Браславской Божией Матери.
Единственное, что я тогда не знала, это то, что своих людей не вылечишь, только чужим можно помочь. Хотя и было облегчение мужу от моих молитв, но поставить на ноги я его не смогла. Уж очень сильной была болезнь, умер он. Так вот и живу сейчас одна, но не скучаю, потому что знаю, что скоро его увижу, опять мы будем вместе.
О своей нелегкой жизни и неминуемой смерти бабушка Янина рассказывала журналисту портала www.interfax.by со светлой улыбкой на лице. Ни капли боязни, только сильная вера. Вот она, одна из немногих хранительниц древней традиции магии слова, прошедшей через тысячелетия и сохранившейся в самом центре Европы.
Сергей Лескець
Фото автора

больше фото http://www.interfax.by/article/105870
Tags: Беларусь, вера, магия, обряды, портрет, фотография, человек
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment