elena_2004 (elena_2004) wrote,
elena_2004
elena_2004

«Беглый» экс-глава ЛНР Валерий Болотов предсказывает уход своего «преемника»

http://www.rosbalt.ru/world/2016/12/08/1574039.html

— Думаете, что все полевые командиры погибли не случайно?

— Мое личное мнение: они были устранены. Убрали всех, кто начинал протестное движение. В анкетах армии ЛНР сейчас есть вопрос: участвовали ли вы в событиях 2014 года? Так вот, если человек участвовал, то в нынешнюю армию его не берут. Это говорит о том, что в ЛНР делается то же, что и на Украине — искоренение памяти и истории. Нынешнему руководству не нужны идейные люди, те кто помнит, с чего все начиналось и для чего. Плотницикий узурпировал власть и не потерпит никакой критики или конкуренции. Я даже знаю, что ему просто неприятно слышать мою фамилию, она раздражает его, возможно, даже пугает.
-----
— Вам кто-то знаком по протестному движению из нынешнего состава Совмина? Знаете, кто эти люди?

— Мне самому интересно, кто они. Если посмотреть на состав прокуратуры, то невооруженным глазом видно, что создана она из проукраински настроенных людей, тех, кто уехал и потом вернулся, тех, кто работал на СБУ.
Мне часто пишут люди, которые поддерживали народное восстание, были на референдуме. Они рассказывают, что сейчас их массово увольняют, а их места занимают вернувшиеся из Украины. Расцвело кумовство, руководящие должности занимают люди без профильного образования, неспособные управлять чем бы то ни было. Потихоньку власть в ЛНР приближается к краху, а люди, которые более или менее способны руководить, уже выполняют задачи для Украины. Если сейчас что-то не поменять, то боюсь, что результаты будут плачевными.

— А как поменять? Народное восстание, переворот?

— Народное восстание никто не даст поднять. Из армии убрали идейных, набрали необстрелянных, зато управляемых. Даже если люди захотят подняться, то это закончится плохо, нынешняя власть будет сопротивляться до последнего.

— И снова о прошлом, но связанном с настоящим. Скажите, когда все начиналось в 2014-м, вы уже тогда понимали, что впереди война?

— Никто даже не подозревал, какие будут последствия. Несколько дней после захвата СБУ мы были в растерянности, ведь не знали — поддержат ли нас. Мы ждали, что нам помогут, как помогли Крыму, а помощь все не приходила, и мы не знали, чем все закончится. Потом на свой страх и риск начали действовать дальше.

— Главным лозунгом тогда было присоединение к России, но, тем не менее, обещанный референдум по присоединению так и не провели. Почему?

— Потому что мы отослали гонцов, промониторили ситуацию и поняли, что вряд ли Россия нас признает, поэтому не имело смысла затевать второй референдум. Мы хотели, чтобы у нас было, как в Крыму, хотели быть русскими, чтобы украинский фашизм нас не коснулся. И я считаю, что нужно было дожимать до конца, не отдавать наши земли украинским войскам. Но был саботаж… «Благодаря» этому мы и сдали тех людей, на чьих территориях прошел референдум, и я представляю, как злы они на нас: мы ведь их фактически бросили.

— То есть вы считаете, что нужно было идти вперед и не соглашаться на перемирие?

— Перемирие — это когда стороны могут выторговать что-то каждая для себя. А перемирие 2014-го было однобоким. Мы ничего не получили. Мы тогда и не нуждались в нем, потому что украинские войска начали бежать. У нас тогда было преимущество, кроме того, за нами могли подняться другие регионы Украины. Но нам «влили» в головы, что перемирие необходимо.

— Именно тогда, я так понимаю, был похоронен проект «Новороссия»?

— Да. Наверное, он кому-то сильно помешал: и тем кто в Минске сейчас, и олигархам, которые хотят быть у нас царьками.

— Но была еще перспектива ДНР и ЛНР объединиться между собой, но инициативу Александра Захарченко отвергли.

— Игорю Венедиктовичу очень удобно ходить в короне. И на это он не пойдет. Хотя логично было бы объединиться против общего врага.

— А при вас такой идеи не было?

— Тогда было не до этого. Да и Захарченко пришел позже. Если бы он появился, когда я еще был в Луганске, и предложил такое мне, то я бы согласился. Вместе мы смогли бы противостоять врагу более эффективно и более эффективно работать в экономическом плане.

— Вы чем занимались после отъезда из Луганска?

— Разной деятельностью: организовал общественное движение, в последнее время занимаюсь бизнесом…

— А по слухам, вы собираетесь попытаться вернуться в кресло главы ЛНР, уже готовите «плацдарм».

— Мне сейчас не составит особого труда подъехать к границе и известить всех, что я «захожу». Не хочу себе льстить, но поддержка будет. Но я и не думал никогда смещать Плотницкого силой, я хочу действовать в правовом поле. Думаю, что после силовых действий нам как государству можно будет вообще забыть о каком-либо признании. Моя главная цель, чтобы все нами начатое дошло до логического завершения. Я чувствую ответственность перед людьми, с которыми мы вместе начинали, которые в нас верили. А потому сидеть, сложив ручки, я не собираюсь.

Мои инициативы направлены не только на Луганск. Я общаюсь с представителями различных регионов Украины. Во многих областях недовольны нынешней экономической и политической ситуацией, люди хотят сопротивляться киевской власти, и это политическое движение охватывает всю Украину. Даже если в Минске достигнут какого-то результата, мы от своей идеи не отступим. Будет съезд нашего движения, на котором мы изберем лидеров. На него приглашены представители Харькова, Запорожья, Херсона, даже из западных областей.

— А из ЛНР?

— Естественно. Скажу так, пуcть не большинство жителей Луганской народной республики мои сторонники, но подавляющее их большинство — это противники действующей власти.

— Так чего ждать и бояться Украине?

— Мы уже видели на примере Донбасса, к чему приводит восстание и что такое война. Будем разговаривать политическим языком.

— Делаете ставку на то, что другие регионы потребуют у Киева автономию?

— Не знаю, спасет ли сейчас нас автономия, но конфедерация — возможно, так как она предусматривает возможность отделения и присоединения к другой стране. Но с чего-то нужно начинать. Может и с автономии. Посмотрим, о чем удастся договориться.

— То есть вы допускаете для Донбасса жизнь в составе Украины?

— Если у нас будет какой-то особый статус, то почему бы и нет. Но только при условии, что мы сможем плотно сотрудничать с РФ. «Наедине» с украинцами мы уже не сможем. Мы для них тоже чужие. Посмотрите, они выходят на митинги против тарифов ЖКХ, но ни разу никто не вышел на митинг с требованием прекратить войну. Это потому, что им своя рубаха ближе к телу. Так пусть и у нас будет «своя рубаха».

— Как вы себе представляете весь этот механизм?

— Я считаю, что нужно провести референдум и спросить, куда люди хотят идти дальше. Но я считаю, что Донбассу нужно право голоса, нужна однозначно такая децентрализация, которая позволит нам ориентироваться на Россию. Она нам нужна не только для реализации инициатив в экономической сфере, она нам близка духовно, у нас русские корни. Но нам не обязательно в итоге к кому-то присоединяться, мы можем жить и самостоятельно.

— Кстати, согласно одному из недавних опросов, большинство украинцев не поддержали бы на референдуме даже особый статус Донбасса, не говоря уж о «независимости». А вы всерьез полагаете, что на 90% «дотируемая» сегодня ЛНР в будущем сможет выжить в одиночку?

— Я думаю — да. Мы ведь в свое время просчитывали все с экономистами, хотя тогда, конечно, еще не было таких разрушений. Если сейчас начать работать, создавать и вкладывать, а не пилить, то у нас все придет к процветанию. У нас есть предприятия, ресурсы, а главное — люди.

— А как вы оцениваете нынешнее состояние экономики ЛНР?

— Мне очень много бизнесменов пишут, что сейчас там творится какое-то мракобесие: все обложено налогами, которые в итоге уходят неизвестно куда — даже Украине, а в ЛНР как не было финансов, так и нет, как и экономики. Народ обирают, вместо того, чтобы помогать ему. Всех обложили данью. Даже гуманитарка людям не достается. Она сбывается в магазинах, принадлежащих Игорю Плотницкому, его жене, родственникам. Выдают помощь лишь некоторым. Делается все, чтобы «слить» республику.

— Считаете, ситуация не изменится, руководство ЛНР не исправит свои ошибки?

— Думаю, что нет. У них другая задача — раскачать республику и показать, что при Украине было лучше. Их задача, как можно быстрее вернуть Донбасс в состав Украины, потому что она без нас задыхается. Они противники той идеологи, с который мы поднимались. Мы видим, что получилась революция не для людей, а против людей. Кроме того, сейчас в Донецк и Луганск возвращаются представители Партии регионов, местные олигархи. Кстати, они сторонники «мини-автономии», им хотелось бы быть фактически независимыми от Киева и управлять ресурсами ЛНР и ДНР. Они хотят свое маленькое государство, у которого будут маленькие царьки в их лице, так что у нас есть еще угроза не только со стороны Украины, но и со стороны олигархата.

— Если все так плохо в ЛНР, то почему же Россия не вмешается?

— Вы видите, какая сейчас обстановка в России? После Крыма с нее еще не сняли санкции, а если РФ признает Донбасс, то на нее спустят всех собак.

— Я не совсем это имела в виду: Россия может ведь, наверное, заменить нынешних руководителей, чтобы улучшить ситуацию в ЛНР?

— Я думаю, Плотницкого поменяют в ближайшие несколько месяцев. Он уйдет «по состоянию здоровья», или придумают иную причину. В России понимают, что если это не сделать сейчас, то мы потеряем ЛНР полностью. Ведь Плотницкий не занимается республикой. Он занят своими делами, бизнесом, личным обогащением, как и остальные. Мне известно, например, что в некоторых бюджетных организациях ЛНР зарплату выдали лишь на 50% деньгами, а остальную сумму предложили забрать товарами в магазинах Плотницкого. Выглядит это так, как-будто ему нужно срочно «обналичиться». Видно человек очень торопится сбежать.
Tags: Донбасс, Россия, Украина, война, государство, политика, экономика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments