elena_2004 (elena_2004) wrote,
elena_2004
elena_2004

"Пенсионная ловушка"

http://www.the-village.me/village/business/opyt/263211-what-about-future
Художник-модельер Анна Строцева проработала всю свою взрослую жизнь. Она вырастила троих детей, более восьми лет ухаживала за матерью-инвалидом, но все равно не заработала на трудовую пенсию. Теперь Анна вынуждена жить без пенсионных выплат, полагаясь исключительно на свою семью. The Village Беларусь попросил Анну рассказать, как она попала в «пенсионную ловушку» и можно ли противостоять законодательству.

-У меня химически чистый случай: сошлось много всего, можно ставить эксперименты. Почему у меня нет пятнадцати с половиной лет стажа? Даже учитывая, что он при этом все время увеличивается? Во-первых, я получала высшее образование, которое не входит сейчас в страховой стаж. Во-вторых, у меня трое детей, но декретный как таковой был только с одним, с двумя другими я продолжала работать. Но фишка в том, что декрет — это не только три года, в течение которых ты подращиваешь детей, чтоб они на ногах вертикально стояли. Ими надо еще заниматься. Когда я родила Андрея, то работала, и еще мама мне очень много помогала. Я не стояла у станка, я художник, поэтому мне можно было как-то лавировать. Но когда Андрею исполнилось три года, я поняла, что это ребенок, который требует огромных усилий и с ним надо заниматься. Иначе, если опустить руки и просто отдать его в садик, мы получим диагноз. А так в конечном итоге это олимпиадник, окончивший Лицей БГУ.
Наша сегодняшняя структура просто не учитывает, что бывают такие ситуации. Все должны, как только ребенку исполнится три года, выйти на работу, стать к станку и поднимать наше замечательное хозяйство.
Плюс ко всему в 1988-м я год проработала в Латвии. Теперь это считается работа за границей. Еще пять лет после распада Союза трудилась на маленьком производстве. А сегодняшнее государство у меня эти пять лет вырезает и выбрасывает в мусорку: «Ваша печать в трудовой нам не нравится, организация не была перезарегистрирована после 1991 года, и в архивах информации о ней нет». И даже два человека с такой же записью в трудовой не смогли переубедить, так как мы работали в разное время.
Таким образом, у меня выходит вместо требуемых 16 лет страхового стажа всего 10, хотя я, строго говоря, пропустила только три года, когда сидела с Андреем. Потом родилась Маша, я с ней немного поработала. А затем стало понятно, что с моей мамой все очень плохо — она год не выходила из квартиры, а потом слегла. На оформление документов на инвалидность первой группы у меня ушло некоторое время, которое государство также не зачло, так как отсчитывает все с момента выдачи бумаг.

В этой самой квартире я ухаживала за мамой восемь с половиной лет… по документам. В реальности больше. Я сидела с ней и думала, что в любом случае получу трудовую пенсию по существующему на тот момент законодательству. И вот я за ней ухаживаю год, второй, третий, пятый… И тут наше правительство начинает менять законодательство задним числом, хотя согласно нормам права закон обратной силы не имеет. Но даже на тот момент я кое-как вписывалась в новые правила игры.
А в конце 2015 года выходит новый указ, который гласит, что с января 2016-го для выхода на пенсию надо иметь 15 с половиной лет социального стажа. В 2016 году мне исполняется 55 лет. И я понимаю, что все, ребята, засада: из-за того что они сделали, я уже не выхожу на пенсию. Притом что все это время не валяю дурака. Я сижу с матерью, не могу ее бросить и устроиться на работу. Ухожу из дома максимум на два часа, а потом несусь как ненормальная домой, потому что ее надо повернуть, накормить, переодеть. Я была к ней буквально привязана.

Ладно, думаю, с пенсией разберемся потом — я же получаю пособие по уходу! Но после моего дня рождения мне просто перестают его выплачивать. Без звонков, уведомлений и писем, просто выключили и пошли жить дальше. Я начала разбираться с этим делом и поняла, что у них в законодательстве великолепная, изумительная дыра. С одной стороны, по закону за 2016 год я на пенсию себе не заработала. А с другой — по закону за 1992 год я считаюсь уже нетрудоспособной, а в законе прописано: нетрудоспособные не имеют права на пособие, так как они получают пенсию. У них дыра в 24 года, и по этой дыре я не имею ни пособия, ни пенсии.

В сентябре прошлого года мы с юристами начали совать эту дыру в нос властям. Я обратилась в «Центр по продвижению прав женщин — Ее права». Ирина Соломатина, которая руководит проектом «Гендерный маршрут», свела меня с юристом центра, Лилией Волиной, и вот уже год, как мы с ней таким образом развлекаемся. Писали в Комитет по труду, занятости и социальной защите Мингорисполкома, Министерство труда и социальной защиты Республики Беларусь, еще я обращалась с депутатским запросом к депутату Палаты представителей Национального собрания Дмитрию Шевцову. Все ответы — «все по закону».
Tags: "что-то не так", Беларусь, государство, общество, человек, экономика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments