elena_2004 (elena_2004) wrote,
elena_2004
elena_2004

Дневник В. Ф. Одоевского 1859-1869 гг. (1)

http://az.lib.ru/o/odoewskij_w_f/text_0600.shtml

[6--12 ноября] 1860 г.
Толкуют так называемые бояре об эманципации. Я вспомнил анекдот, рассказанный мне матушкой; в ее время (т. е. около 1790 года) в Петербурге одна важная барыня, родственница Глазовой (Аграфены Петровны) наказывала свою девку следующим образом: обливала ее водою, и потом заставляла ее босую ходить по набережной в мороз, а сама из форточки ей кричала: "что? каково? бестия! каково?" -- "Таково тебе будет на том свете" -- кричала ей в ответ нещастная девка. -- Теперь этого именно не делают, но московский генерал-губернатор Тучков мне сказывал, что никогда, как теперь, помещики не предаются насильному разврату со своими крепостными женками и девками. -- "Кажется, -- говорил Тучков, -- что они спешат [воспользоваться] остатками своей крепостной власти. Мои им убеждения тщетны".

[5 февраля] 1861 г.
Крестьянский вопрос уже произвел свое моральное действие: благородное русское дворянство подвизается, заговорило пока на французском диалектике sur les convictions la dignite politique, sur les droits, sur la necessite d'une bonne presse...{Об убеждениях, политическом достоинстве, о правах, о необходимости хорошей прессы...}, т. е. точно Хлестаков -- я, говорит, и почитать, и пописать, и проч. Панина честят на чем свет стоит за то, что он перешел на другую сторону, а на него то и была вся надежда; достается Ланскому, Блудову, Чевкину, а героями считаются: Анненков, Абрам Норов и Клейнмихель. Пророчат преставление света, -- и маленький бунтик сделал бы их вполне счастливыми.
Противная комиссии партия, говорят, старается продлить срок переходного состояния с 2-х на 9 лет.
Не удалась; слава твердости царя; замышленное коварство продолжить барщину, чтобы потом -- авось -- не удержат ли ее совсем или не произойдет ли от того бунтика -- было, говорят, отвергнуто государем, несмотря на 36 голосов.
Нашлись 7 человек, которые просили оставить хоть одну частичку вотчинного права: разрешать и запрещать браки.

Вот наши консерваторы. Говорят, что m-me Kalergi говорила {Далее до конца записи в подлиннике по-французски.} "я слышу со всех сторон, что надо быть консерваторами, а в то же время говорят, что дороги у нас ужасны, правосудия не существует, администрация только и делает, что грабит -- так неужели хотят сохранить (conserver) это все?". Она же говорила: "мне говорят со всех сторон, что надо быть умеренными, но я вижу, что все умеренные взбешены до крайности".
6 апреля
Веймарн, приехавший из Витебска, сказывал, что латыши в числе 2 000 человек не хотели верить манифесту и когда в толпе начали раздаваться: он переодетый, сорвите с него эполеты, свяжем его по рукам и по ногам и представим государю, некоторые начали подбирать каменья. Тогда Веймарн сказал: первый, кто бросит камень, будет расстрелян. Тогда он выбрал, 35 человек, которых тут же высек, -- и все успокоилось.
Все это хорошо, но почему 35 человек? Почему не 34, и не 36? Почему именно эти 35 человек признаны более виновными? Почему к этому случаю не применены правила Полевого уложения, если бы даже решением с_у_д_а кто был бы приговорен и к смертной казни? -- Гр. Кейзерлинг твердил: qu'il faut etre ferme {Что надо быть твердым.}. Я заметил, qu'avant tout il faut etre juste et legal, et puis ferme {Что прежде всего надо быть справедливым и законным, а затем уже твердым.}.
В Комитете общественного здравия настаивал на необходимости наконец что-нибудь делать.
Лемсон рассказывал мне, что какое то происшествие в том же роде было на фабрике Ольхина; но ему нельзя во всем верить.
Tags: Витебск, Россия, государство, дневник, история, общество, человек
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments