elena_2004 (elena_2004) wrote,
elena_2004
elena_2004

Category:

ВОЖДЬ КРАСНОЙ РЕФОРМАЦИИ

https://историк.рф/posts/2020/04/21/vozhd-krasnoj-reformacii.html
— Кто для вас Ленин? Дайте определение: что это за явление?
— У меня есть иероглиф, которым можно передать, что такое Ленин, — это название моей книги. Оно непонятное, но не такое уж бессмысленное, каким кажется. Ну или, если вас не смущают упрощения, так: одержимый научными идеями русский интеллигент, который делал всё, чтобы общество перестало быть сословным, чтобы люди получили равный доступ к образованию и со временем уничтожили государство как машину насилия, то есть чтобы общество стало самоуправляемым.
--
Согласно американскому философу-неомарксисту Иммануилу Валлерстайну, ленинизм есть мобилизующий ответ на ситуацию отсталости и стыда за отстающую страну. Термин «ленинизм» может подразумевать и религиозный аспект Русской революции, которая, несомненно, была ещё и запоздалой религиозной Реформацией. А сам Ленин невольно оказался в сознании масс ещё и эрзацем Христа, который нёс коммунизм как учение о справедливости.

Это тоже ленинизм.
Есть и более сомнительные толкования. Так, существует достаточно популярная в наше время гипотеза, что ленинизм — это ранняя стадия сталинизма, то есть политическая практика, неизбежно подразумевающая попрание базовых принципов демократии. На мой взгляд, деятельность правительства Ленина, особенно на первых этапах, это опровергает.

— А какая гипотеза близка вам?

— Для меня ленинизм — не просто практика применения марксистской теории «в поле». Это способ предсказывать события на основе философского анализа. Это же самое интересное! Вы разглядываете предмет или явление и ищете в нём не подтверждения его цельности, а какие-то внутренние противоречия. При каких условиях явление превращается в свою противоположность и как можно использовать этот объективный процесс?

Вы можете увидеть, как, допустим, капитализм превращается из прогрессивного явления в тормоз общественного развития. Как социал-демократ, сущность которого быть интернационалистом, превращается в лакея национальной буржуазии. А если вы революционер, то получаете возможность вычислить уникальный момент, когда у революции появляется шанс стать успешной. Таким образом, Ленин понял, что нужно делать в начале Первой мировой войны. Или вычислил, что Февральская революция только первая и неизбежно откроется возможность для второй.

Другое дело, что неумелый диалектический анализ сплошь и рядом ведёт к ошибкам. Чтобы «практиковать ленинизм», надо обладать очень цепким глазом и мощным интеллектом. И из-за того, что порог доступа к этой научной методологии довольно высок, посторонним это может показаться родом колдовства. Наверное, поэтому люди чаще предпочитают ленинизм игнорировать.


— Могла ли победить революция в России, если бы её не возглавил Ленин?

— Февральская победила без него. Октябрь, мне кажется, тоже случился бы и без Ленина. Но вот если бы пресловутый кирпич упал ему на голову вскоре после 25 октября, то, думаю, большевики не сумели бы удержать власть. А вообще трагически ранняя смерть Ленина и есть ответ на этот вопрос. Он был тем живым мозгом, компьютером, который координировал физические механизмы, обеспечивал баланс и задавал направление деятельности. Когда этот мозг выключился, движение стало более автоматичным — и многие тенденции, которые Ленин сдерживал, усугубились. Кончилось это победой контрреволюции.

— Как вы считаете, революция — это была авантюра Ленина?

— По-моему, это бессмысленно — объяснять феномен Русской революции чьей-либо авантюрой. Ленин многое предсказал в апреле 1917 года, он указал на объективно существовавшие общественные противоречия, которые должны были привести к революционной ситуации. Лидер большевиков придумал амбициозный план, отталкивающийся от того, как воспользоваться кризисом, но не он создал условия для этого кризиса. Ленин, как известно, был уверен, что восстание должно опираться не на заговор и не на партию, а на передовой класс, на революционный подъём масс. В этом отличие марксизма от бланкизма. Авантюра — это плюхнуться в кресло премьер-министра, чтобы проверить: быстро меня оттуда вытащат или помучаются? А революция со своим ярким дизайном — это когда происходит пробуждение масс, когда они вдруг начинают верить в свою способность освободиться.

— Ленина часто называют гениальным тактиком, но плохим стратегом. Был ли у него в революционные дни план дальнейшего развития страны или он действовал по принципу «возьмём власть, а там будет видно»?

— Не было никакого разработанного плана. Да и быть не могло в условиях военной катастрофы и развала всех общественных институций. Но у Ленина в отличие от его коллег было чёткое представление о политических табу (например, он не принимал парламентскую республику в любой форме) и был очерк конечной цели революции, политическая утопия — «Государство и революция». В этой его работе объясняется, что цель революции не диктатура пролетариата и вообще не диктатура какого-то прогрессивного класса над реакционным, а создание общества, где классов нет и, соответственно, нет государства, которое есть машина насилия, обеспечивающая подавление одних классов другими. Иными словами, план заключался в том, чтобы не просто занять телефон и телеграф, а создать такую администрацию, которая подготовит условия для отмирания государства, будет настроена не на выполнение приказов сверху, а на демократическое самоуправление. Можно сколько угодно пенять Ленину, что всё вышло с точностью до наоборот, но факт в том, что деятельность аппарата Совнаркома в первые месяцы после Октября была образцовой в этом смысле.

— Конечно, Ленин был вынужден становиться и бюрократом. Виновен ли он в том, что его государство быстро превратилось в бюрократического монстра? Было ли ошибкой то, что Совнарком по факту являлся одновременно и законодательной, и исполнительной властью? На все эти вопросы есть несколько ответов — в зависимости от того, о Ленине какого периода мы говорим. Иллюзия 1918 года, что коммунизм будет построен сравнительно быстро и сообща с европейскими народами, исчезла под влиянием политической реальности. Тактика поменялась. После Гражданской войны Ленин энергично выстраивал аппарат. Но в отличие от сталинской модели сильное государство в долгосрочной перспективе не было для него самоцелью — к этому он относился как к временной мере. От идеи постепенного отмирания государства Ленин не отказывался.

Не приходится сомневаться и в его лидерской компетентности. Он был юрист, трудоголик, харизматик, на сто процентов не коррупционер и, судя по нескольким эпизодам вроде Брестского мира, опытный философ-практик, который лучше всех своих современников умел предсказывать будущее. Это хорошая комбинация для претендента на должность руководителя любой организации. Уж в этом-то отношении России точно повезло с ним.

— Чего же было больше в Ленине — стремления к диктатуре или демократии, к свободе или догматизму?

— Важно, что он был модернизатором и западником. Просто свобода, вероятно, ассоциировалась у него с русской безалаберностью и хаосом. И ей Ленин не поклонялся, но при этом он верил в способность образованных людей к самоорганизации и самоуправлению. Отсюда его наследственная, интеллигентская одержимость вопросами образования: людей надо выучить, тогда они обретут способность к самоуправлению без всякого государства, смогут не поступаться своей свободой ради навязанного извне «орднунга».

Что до терминов «диктатура» и «демократия», то сам Ленин, скорее всего, вообще отказался бы отвечать на этот вопрос без обязательных дополнений: диктатура — кого? Диктатура — ради чего? Демократия — в чьих интересах?
===

— Возможен ли ренессанс ленинских идей в будущем?
— У нас, увы, сложился самый карикатурный, полицейский, описанный в «Незнайке на Луне» вариант капитализма — с сословным, кастовым почти обществом, где элита обеспечивает себе доступ к ресурсам и потреблению посредством силового давления на плебс.
И вот здесь в распоряжении того, кто окажется могильщиком такого капитализма, есть целых «два Ленина». Один — Ленин «Что делать?»: про то, как создать идеальный инструмент, чтобы творить «искусство восстания». И второй — Ленин «Государства и революции». На мой взгляд, особенно актуальным и ценным сегодня является именно «второй Ленин», который марксист и анархист разом, Ленин, озабоченный «отмиранием государства». Для России такой Ленин — это антидот от чудовищного, утрированного разрастания государства, которое может выдавать себя за что угодно, но сущностно всё равно является машиной насилия.Верю ли я, что Россия снова станет «лениноцентричной»? Наверное, нет. Про это хорошо было сказано в одном романе писателя Владимира Маканина: тут как с христианством. Евреи дали миру Христа, но христианство в их среде не особо прижилось. Так, похоже, и с русскими. Мы отказались от Ильича как от «токсичного наследства». Однако это не значит, что сама идея Ленина умерла. Мир — это не только Россия. И потому «ещё, конечно, впереди освобожденье гроба Ленина». Так что я отвечаю на ваш вопрос: возможен.
Tags: В.И.Ленин, Россия, государство, история, общество, политика, революция, цивилизация
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment