elena_2004 (elena_2004) wrote,
elena_2004
elena_2004

Category:

Россия Анджея Валицкого

https://politconservatism.ru/articles/rossiya-andzheya-valitskogo
    Валицкий начал с характеристики трех традиций русского консерватизма: просвещенческого авторитаризма, общинного консерватизма русских славянофилов и консервативного либерализма, которого представителем был юрист-гегельянец Борис Чичерин. Путин, считает профессор, выбрал „просвещенческий” консерватизм сильной власти. Образцом был для него Петр Столыпин, премьер и министр внутренних дел времен Николая II, восхваляемый также Александром Солженицыным, с которым Путин встречался и чьих советов слушал. «Идейным покровителем» же планировавшейся модернизации страны Путин избрал эмиграционного философа, теоретика права Ивана Ильина, идеолога «сопротивления злу силою», обвиняемого в предрасположенности к фашизму.
   «Чтобы понять впечатление, произведенное на Путина идеями эмиграционного философа, – пишет Валицкий, – стоит заглянуть в двухтомное собрание политических статей Ильина, изданное в Париже в 1956 году, озаглавленное «Наши задачи». Найдем в нем, между прочим, рассуждения о том, что случится с Россией в момент неизбежного в будущем развала большевистской диктатуры. По мнению Ильина, это будет очень опасный момент, так как вспыхнут многие скрываемые разногласия и конфликты, что в условиях этнической и религиозной социальной дифференциации населения страны может привести к борьбе всех со всеми и к тотальной катастрофе. Поэтому надо уже обдумывать такие сценарии действий, которые спасут существование российской государственности. По мнению Путина, эти указания не устарели, так как Российская Федерация все еще находится в глубоком кризисе, угрожающим распадом общегосударственных структур, чему содействовали катастрофические последствия ельциновских реформ».
Этим кризисом, политикой США и «программной» книгой Збигнева Бжезинского «Великая шахматная доска» (1997), призывающую к поддержке идеи разделения России на три государства (европейскую Россию, Сибирскую Республику и Республику Дальнего Востока), Валицкий объясняет путинскую программу укрепления вертикальной структуры власти и роли в ней президента Федерации.

Затем, ссылаясь на экспертов из «Foreign Affairs» и текст Джозефа Стиглица (лауреата Нобелевской премии по экономике) «Обложить олигархов налогами», профессор поясняет аргументы Путина в его стремлении покончить с произволом олигархов. По мнению Валицкого, «восстановление мощи русского государства соприкасалось тогда у Путина с выбором однозначно западническим, проамериканским», что стало российской реакцией на террористический акт в США 11 сентября 2001 года. К сожалению, позднейшая политика США и НАТО по отношению к России, а также по отношению к Ираку, Сербии, Косову и, наконец, идея Эндрю Уилсона втянуть Украину в НАТО и «оттолкнуть Россию от Черного моря» привели к тому, что основы путинского западничества рухнули. Валицкий не оправдывает аннексии Крыма, он согласен, что аннексия была нарушением международного права, но считает, тем не менее, что «следует помнить о причинах такого состояния дел». Россия была оттолкнута Западом «с позиции более тонких, традиционно консервативных методов реагирования на позицию конфликта». «Если б я был русским, – пишет Валицкий – я обвинял бы в этом президента России, но, как польский интеллектуал, я чувствую себя обязанным быть на стороне тех, кто критикует ошибки Запада (как, например, Генри Киссинджер и социал-демократические немецкие политики) и особенно на стороне критиков тех польских политиков, которые, к сожалению, много сделали для осложнения нужного приближения новой России к западной цивилизации, к которой мы принадлежим и с которой России по пути».

Валицкий считает, что в последние годы Путин «преобразился» и «начал проповедовать необходимость укрепления элемента духовного, православного в русском национальном сознании». Отсюда проистекает его интерес к «религиозно-философскому ренессансу» перелома XIX и XX веков и рекомендация губернаторам и партийным деятелям изучить упомянутые работы Соловьева, Бердяева и Ильина. Профессор охарактеризовал содержание этих книг, а рекомендацию их изучения счел симпатичной диковинкой, усомнившись при этом в достаточной интеллектуальной подготовке к этим произведениям читателей. «Не стоит также опасаться, – пишет Валицкий – что идейный выбор Путина толкнет Россию в сторону тоталитарной идеократии, так как нет доказательств, чтобы он хотел ограничить принцип личностной свободы в частной жизни граждан, свободы совести и слова контролем власти».

С этой мыслью мало кто в Польше, на Западе и среди русских демократов согласится. Уж слишком много журналистов гибнет в России.

На поставленный в заглавии вопрос: «Может ли Владимир Путин стать идейным лидером мирового консерватизма?» – Валицкий отвечает в статье отрицательно, однако в Postscriptum в апреле 2019 года он соглашается, что такой ответ может стать ложным, так как правый популизм хлопочет о поддержке со стороны путинской России, и эту поддержку находит.
Когда-то в журнале «Пшеглонд» я опубликовал издевательский текст «Утин не Путин». Теперь, наблюдая нашу польскую действительность, думаю, что управляющий Польшей с заднего сидения Ярослав Качиньский должен ценить «национально-религиозное» мировоззрение Путина и, по всей видимости, подражает ему, только не хочет в этом признаться во всеуслышание. Ведь если ведь Качиньский ценит Маттео Сальвини, Виктора Орбана и, по всей вероятности, Марин Ле Пен, а они ценят Качиньского и Путина, почему Качиньский не мог бы ценить Путина?

Сегодняшнее польское правительство в своем пренебрежительном отношении к праву, к Конституции, к Евросоюзу все более напоминает отношение российское. Этого Анджей Валицкий, к сожалению, не видит.

Я, как и большинство польских россиеведов, — ученик Анджея Валицкого. Если бы я не встретил его на своем пути, я до сих пор играл бы на балалайке в ресторане «Борщ и Слезы» на Beauchamp Place в Лондоне (вполне серьезно! – ведь я – создатель единственного в Польше балалаечного оркестра, только-что отпраздновавшего свое 50-летие). Поэтому из уважения к моему учителю, я старался здесь не спорить с ним, а лишь показать его точку зрения. За мои взгляды, по информации директора Фонда Российско-польского центра диалога и согласия, я попал в список невъездных в Россию.
Tags: Европа, Польша, Россия, США, государство, политика, философия
Subscribe

  • Убийственный Париж (3)

    В ответе на вопрос, кем, собственно говоря, был Гросувр, заключается и ответ на вопрос, как он погиб. Но ответить на него так же непросто. Серый…

  • Убийственный Париж (2)

    В годы оккупации домом номер 205 по бульвару Мальзерб владел человек, чье имя французы произносят: Жозеф Жуановичи или Жоановичи. Как звучало оно в…

  • Убийственный Париж (1)

    https://seance.ru/articles/ubiystvenniy-parij/ Михаил Трофименков Но однажды, двадцать с лишним лет назад, я купил в Париже книжечку автора, о…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments