elena_2004 (elena_2004) wrote,
elena_2004
elena_2004

Categories:

"Если бы они хотя бы носили униформу!А так мы не могли узнать, это партизан или нет. Это некрасиво!"

- А как обстоит дело с наградами сегодня, их можно носить?
- Без свастики. Есть закон, что можно носить те ордена, которые ты действительно получил, - потому что после войны многие носили подделки. Но со свастикой их носить нельзя, это уголовное преступление. Если меня приглашают на какую-нибудь встречу товарищей, я одеваю свои ордена. Ещё я езжу в Австрию, где отмечают юбилеи фельдмаршала, который защитил Вену от турок, - он там похоронен. Там собираются все австрийские и венгерские товарищи, со своими знаменами, и многие из Голландии. Там к этому относятся с уважением.
----
Ветераны 2-й танковой дивизии собираются в Вене. В 1984 году в Фульде я основал и стал председателем «Союза ордена Немецкого Креста в золоте» (кавалеров Рыцарского Креста мы тоже принимали). До 2005 года у нас были ежегодные встречи. В 2005 году нас оставалось 90 человек, на встречу пришли пятеро, и мы решили наш союз распустить.

Меня приглашают читать лекции у резервистов и в казармы. Иностранные телеканалы приглашают и просят рассказать о Вторжении, наступлении в Арденнах или битве под Курском. В Нормандии я поочередно с бывшими нашими противниками рассказывал о боях: я снимался в английском документальном фильме про наступление в Арденнах. События освещали с двух сторон, и я освещал их с немецкой стороны. Они меня из Франкфурта привезли на самолете в Париж, а оттуда отвезли в Арденны на машине. Там я на месте объяснял: как все происходило, где были они, где были мы. В конце мы обменялись сувенирами и разошлись друзьями.

---
На переднем крае мы не многое знали о партизанах. Было известно, что они затрудняют снабжение, взрывают поезда, - и это нас, конечно, очень злило. Но мы их не боялись. Они не воевали, они нападали ночью на отступающие части, на снабжение или на санитарные поезда с ранеными, - да, на них они тоже, к сожалению, нападали. Это было некрасиво. При этом для нас партизаны не были противником, потому что они не носили униформу, не были солдатами. Если бы они хотя бы носили униформу! А так мы не могли узнать, это партизан или нет. Это некрасиво! Мы, конечно, думали о том, что если бы враг пришел в Германию, мы бы тоже себя защищали, - но не как партизаны, а как бойцы, со знаками различия, как этого требует военное право. Но они этого не делали.

Эти столкновения с партизанами были неприятными, - но и у нас тоже были определенные чувства, когда мы видели, как нашим солдатам выкалывают глаза, и так далее. Если мы брали пленного, то для него война на этом заканчивалась, мы их даже иногда угощали сигаретами, хотя мы знали, как обращаются с нашими военнопленными. Даже когда мы брали в плен русских женщин и девушек в униформе, их отвозили в тыл, и ни один человек до них не дотрагивался, - это вообще не тема для обсуждений.

---
- Когда вас брали в плен, что заставило вас так героически себя вести?

- Воспитание в Гитлерюгенде и в Имперском трудовом агентстве, в военной школе. Спорт и выносливость. Без физической подготовки мы бы этого не смогли.

- Когда вам угрожали и обещали расстрелять, почему вы ничего не сказали?

- Нам было запрещено говорить.

- Как вы восприняли известие о капитуляции?

- Я был тогда в Шербуре, нас должны были отправить в лагерь военнопленных в Америку, но наш транспорт был первым, который не отправили в Америку. Нас разделили по палаткам, и со мной был молодой офицер: мы решили делать то, что мы можем. Мы сильно голодали, но мы держались вместе, и обсуждали, что если все-таки будет война против русских, мы будем в ней участвовать. У меня появилось много хороших связей среди молодых офицеров, которые думали точно также. Мы думали, что когда-нибудь это случится: американцы пойдут против русских, и мы снова будем полезны.

- Насколько вероятна было война между Америкой и Советским Союзом, по вашему мнению?

- Была такая надежда. Прежде всего англичане нас могли бы поддержать. Мы считали, что мы - два германских народа, зачем нам воевать друг с другом, мы должны объединиться и вместе идти против Сталина, чтобы устранить угрозу с востока.

- Чего вы больше всего боялись на Восточном фронте: попасть в плен, быть убитым или покалеченным?

- Попасть в плен.

- Почему? Была какая-то информация о плене?

- Да, после того как мы при контратаках находили убитых немцев, мы были не уверены, что нас не расстреляют или не изувечат. Мы таких находили… Лучше было себя застрелить, чем сдаться в плен.

- Вы брали русских пленных?

- Да, конечно. Мы их отправляли дальше, иногда даже давали им сигареты.

- Как вели себя пленные: они были рады, пытались сопротивляться?

- Русским, которых мы взяли в плен, было страшно. Скорее всего, они думали, что мы с ними сделаем тоже, что они делали с нашими пленными. Но во всех наших законах было написано, что пленный это пленный, для него война закончилась, его надо отвезти в лагерь военнопленных. У нас пленных не мучили и не убивали.
https://frontstory.ru/memoirs/germany/walter-heinlein/?sphrase_id=4124
Tags: Германия, СССР, война, история, партизаны, плен
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment